Удовлетворенный результатом, достал из рюкзака серое шерстяное одеяло и свернув в двое положил его на холодные камни готовя, таким образом, подстилку. Потом положил рядом нож и автомат, так чтобы было удобно до них дотянуться. Улегшись на подстилку так, чтобы было хорошо видно в щель между камнями долину, я сосредоточился на дыхании, стараясь дышать глубоко и очень медленно. Несмотря на подстилку и послойную теплую одежду, холод ледяной скалы все равно проникал внутрь. Пока я был разогрет дорогой сюда и перетаскиванием камней, этого не ощущалось, но как только полежал полчасика, то стал постепенно подмерзать. Пришлось применять технику поочередного напряжения мышц тела с одновременным внушением себе ощущения тепла внутри тела.
Привычно представляю себе большой теплый ком, который с каждым вдохом растет у меня в животе. Когда ком стал большим и пульсирующим, направляю теплые струйки из живота в ступни ног и кисти рук, которые мерзнут сильнее и требуют больше внимания. Постепенно тело стало согреваться, но это требовало от меня постоянных усилий и концентрации. А ведь еще нужно наблюдать за долиной, я ведь здесь именно для этого, а не для того чтобы просто поваляться денек на боку и уйти восвояси.
Интересно, как там Вика в Москве? Последнее письмо от нее я получил неделю назад. Она писала, что успешно сдала зимнюю сессию и собирается съездить в Ленинград вместе с родителями. Наверное, она уже съездила и вернулась. Я бы тоже сейчас был не прочь пройтись по Питеру. Хотя Питер зимой не так хорош как летом, в период белых ночей, но все же пройтись с Викой под ручку по Невскому, а потом зайти в кафе-мороженное, чтобы съесть грамм по двести пломбира с шоколадной крошкой и орешками и потом запить все это большой теплой чашкой кофе. Черт! Какое мороженное, какое кофе? Убаюканный мыслями о Вике и о Питере, я стал незаметно проваливаться в забытье. Изо всех сил напрягаю все мышцы тела, держу напряжение десять секунд, а потом расслабляюсь и так несколько раз. Потом усиленно моргаю и растираю глаза предусмотрительно положенным в нишу снегом. Фух! Чуть не уснул. Это был бы провал. Надо взбодриться.
Солнце уже давно взошло, время идет к обеду, а у меня в животе пусто как в кошельке у нищего. Интересно, а у нищих вообще есть кошельки? Наверное, нет. Ведь если нет денег, то зачем нужен кошелек? Какие только глупости не лезут в голову, пока ты лежишь неподвижно в горах, ожидая очередной караван «духов». Протираю глаза снегом и снова сосредотачиваюсь на дыхании. Вд-о-о-ох — вы-ы-дох.
Вечереет и сумерки упали на долину. Есть уже не хочется. Начинает подмораживать. Днем, наверное, было плюс 5, а ночью температура может упасть до минус 15. Мне придется снова бороться с холодом и накатывающим сном. Не спать!
Слышу, как хрустнул камешек под чьей-то неосторожной ногой. Сон как рукой сняло. «Духи»! Больше здесь быть не кому. Скорее всего, это по склону идет развед-группа каравана. Стиснув руками автомат, замираю, едва дыша, и сливаюсь с уже ставшей такой родной скалой.
Так и есть, мимо, буквально метрах в трех, проходят двое худосочных бородатых мужчин в чалмах с автоматами в руках. Их глаза рыщут по скалам, внимательно осматривая все вокруг на предмет чего-то подозрительного. На момент паническая мысль затапливает мозг и мне кажется, что там снаружи, я что-то забыл и мое убежище сейчас откроют. Сосредотачиваюсь на дыхании, и паника отступает. Дозорные проходят мимо. Все так же лежу не двигаясь. Через некоторое время вижу, как по тропе внизу двигаются еще трое вооруженных людей в халатах. Следом за ними идут груженные большими тюками ослы. Между ними еще вооруженные люди. Караван растянулся почти на сотню метров. Я насчитал двенадцать ослов и всего около тридцати вооруженных моджахедов. Они шли размеренно, не торопясь, время от времени тихо переговаривались между собой, но из-за расстояния, о чем именно говорили, не было понятно, а может быть дело не в расстоянии, а просто мое слабое знание пушту не позволяло понять речь.
После прохождения каравана я еще какое-то время выжидал, разогревая напряжением мышц тело и не решаясь сразу покинуть свое убежище, и как оказалось не зря. Спустя минуты четыре, после того как последний охранник скрылся из вида, мимо меня по склону мягко прошли еще двое «духов». Замыкающее охранение, призванное снимать с хвоста каравана слишком поторопившихся разведчиков. Теперь уже точно все. Дождавшись, пока их шаги замрут вдалеке, растер ладонями локтевые и коленные суставы, восстанавливая кровообращение, потом свернув свою лежку и дав по рации кодовый сигнал «Гроза-2» об обнаружении противника, осторожно двинулся следом.