— Кто ты? — Наконец спрашивает меня Самуров, повторяя вопрос прозвучавший в самом начале знакомства.
— Мой позывной Отморозок, — отвечаю не отводя взгляда от пронзительных голубых глаз лейтенанта,— и я тот, кому поручили вывести всех вас отсюда. Но без вашей помощи ничего не получится. Вы здесь давно, освоились и знаете распорядок и правила. Значит, можете помочь скорректировать план. Уходить надо всем вместе и по возможности громко, чтобы это запомнилось тем, кто вас здесь держал все эти годы.
Глава 14
— Отморозок появился в крепости. Наш агент дал сигнал о появлении в лагере нового пленного по описанию подходящего под Костылева. По полученной информации, он уже выходит на работы вместе с остальными советскими военнопленными и подал сигнал о том, что у него все в порядке, и он приступил к работе.
На лице Виктора Петровича играет довольная улыбка. И это понятно. Ожидалось, что путь Отморозка до крепости займет максимум две недели, но в реальности, время увеличилось почти до месяца и это заставило всех поволноваться. Наличие инициатора и руководителя восстания внутри самой крепости — ключ к успеху операции. Без этого ничего даже не начнется. Точней, восстание может произойти спонтанно, по инициативе самих заключенных, но тогда нет никакой возможности предугадать когда это будет, и будет ли вообще, а значит нет возможности оказать действенную поддержку. Без помощи извне, небольшая группа заключенных внутри лагеря набитого моджахедами и иностранными инструкторами, обречена.
Лица остальных офицеров, допущенных к операции тоже озарили улыбки. Первая контрольная точка очень сложного пути пройдена, нужно запускать остальные механизмы. Вторая точка — заброска в лагерь беженцев группы поддержки, которая сейчас проходит интенсивную подготовку на базе Асадабада. Окно на границе с Пакистаном уже готово. Документы и легенда тоже. На той стороне группу встретят и проведут безопасными путями в Бадабер. В огромном лагере, который занимает больше пятидесяти гектаров площади, при наличии подготовленной базы, можно затеряться среди десятков тысяч людей, сорванных войной со своих привычных мест жительства.
— Сергей Родионович — генерал майор обращается к майору Корнееву — Доложите о ходе подготовки операции по освобождению пленных в лагере.
— По первоначальному плану, Отморозку понадобится от месяца до трех, чтобы организовать и сплотить наших пленных. Группа поддержки должна быть на месте в лагере уже в течение недели. За несколько дней до выступления, Отморозком будет подан оговоренный знак, который будет замечен нашим агентом находящимся в лагере. В знаке будет зашифрован день восстания. С этого момента, все силы, включая наших разведчиков которые держат окно на границе, авиацию и прочие будут приведены в состояние полной боевой готовности. В день начала восстания, группа поддержки на двух грузовиках будет дежурить неподалеку от ворот, через которые должен будет быть осуществлен выход восставших. Обязанности группы: оказание поддержки при прорыве и вывоз пленных к точке перехода границы. В случае погони по просьбе командира группы беглецам будет оказана авиационная поддержка, задействованных в операции авиа-звеньев. У меня все.
— Отлично! Еще раз проинструктируйте наших людей перед выходом, чтобы в нужный момент, у них все отработало без сучка и задоринки. — благожелательно кивнул Виктор Петрович и показал глазами в потолок — Дипломатическое прикрытие операции нам будет организовано на самом верху, поэтому в средствах мы стесняться не будем. Там, наконец, решили щелкнуть Пакистан по носу за их участие в этом конфликте.
Солнце палит немилосердно. Сглатываю густую слюну и усилием вытягиваю ногу из вязкой глины и вновь погружаю ее туда же, потом повторяю действие другой ногой и так раз за разом в течении многих часов. Вместе с другими военнопленными я вымешиваю глину с песком и водой для изготовления примитивных грубых кирпичей. Глина добывается в карьерах неподалеку от лагеря и привозится сюда грузовиками. На добыче глины работают либо мужчины из беженцев проживающих в лагере, либо пленные афганцы под охраной. Советских пленных за пределы лагеря не вывозят. Опасаются побегов. Здесь внутри крепости нас легче нас контролировать и охранять.