Меня вдруг, против воли, аж затрясло от злобы и ненависти. Сука! Ты сейчас же пытаешься купить меня как последнюю шлюху, за позолоченные цацки «демократии» и «свободы». Я даже не ожидал от себя таких бурных эмоций. Не в силах сдержаться едко замечаю.
— Как ты правильно заметил, Ричард, я человек широких взглядов и могу немного думать и анализировать. Забавно, что ты упираешь на джинсы, колу и гамбургеры, как показатель благополучия. Это напоминает мне историю, как вы купили у индейцев остров Манхеттен за бусы и дешевые стекляшки. Отличие только в том, что за перечисленную тобой дребедень, вы хотите купить целую страну, навялив нам в придачу еще и мифическую демократию, которой, кстати, у вас и в помине нет, потому как у вас правит не народ, и даже не президент, а крупные корпорации, которые указывают вашим президентам, что и как делать. Предлагая мне сменить сторону, ты предлагаешь мне предать. Причем предать не коммунистическую партию, в которой я, кстати, не состою, а свою страну.
Вижу как Ричард хочет мне возразить, и поднимаю руку, чтобы он дал мне договорить, а потом продолжаю.
— При любом правительстве и любой власти, наши с тобой страны будут геополитическими конкурентами, если только мы не склоним голову, добровольно уступив вам первенство. Но даже в таком случае, мы благодаря своим размерам, экономической и военной мощи, будем представлять для вас смертельную угрозу и тогда вы сделаете так, чтобы Союз распался: сначала на отдельные национальные республики, а потом эти республики раздробите на более мелкие части. Вместе мы сильны, а слабыми гораздо легче управлять. Вы не примете эти осколки большой империи в свою западную семью на равных. Нет, это будут ваши новые колонии, управлять которыми станут местные царьки, выжимая из них все соки и вывозя богатства своих стран за бесценок на Запад. И высшим благом для этих местных царьков, станет, по окончании срока правления, свалить в вашу долбанную метрополию из своих нищих и озлобленных несправедливостью стран. Вы, в своем «граде на холме», будете жиреть на наших бедах, как пылесос высасывая за бесценок ресурсы, «мозги» и рабочие руки, которые будут улучшать жизнь именно на Западе, а наша, некогда могучая держава, станет территорией запустения, хаоса и бесчисленных военных конфликтов осколков некогда великой страны между собой. Поэтому, то о чем ты мне говоришь — это настоящее предательство и даже вернее убийство моей страны, а не предательство каких-то там абстрактных идей коммунизма. И мой твердый ответ нет.
Ричард, ошеломленный такой внезапно страстной отповедью, изумленно смотрел на меня, как вдруг, я услышал спокойный незнакомый голос.
— А в твоей другой жизни, из которой ты сюда пришел уже больше трех лет назад, оказавшись в теле мальчика Юры из Энска, все так и произошло, да? Поэтому, ты так убежденно говоришь Ричарду предательстве страны и о хаосе распада СССР?
В проеме тихо открывшейся двери стоит здоровенный, косая сажень в плечах загорелый парень в бежевых брюках и бежевой футболке поло. Он пристально смотрит на меня ожидая ответа.
Глава 5
Не говоря ни слова, смотрю на нового гостя. Вижу его в первый раз. Широкоплечий, загорелый крепыш, входит в палату, и закрывает за собой дверь. Кивнув Ричарду, он подходит к столу стоящему у окна, берет второй стул, возвращается вместе с ним и располагается рядом с первым гостем. Вот, значит оно как. Решили устроить мне классическую вилку с двумя агентами попеременно ведущими допрос. Все пошло по худшему варианту, которого я надеялся избежать, и сейчас, судя по последней фразе второго агента, меня будут колоть не как диверсанта и шпиона, а как попаданца. Но, черт возьми, почему, они копают именно в этом направлении? Неужели, кто-то в здравом уме мог всерьез воспринять то, что я наболтал Линде, после того как пришел в себя? Мне всегда казалось, что убедить серьезные организации в том, что я попаданец из будущего, будет очень трудно, и нужно будет привести кучу веских доказательств, что сделать весьма непросто. А тут смотри-ка, и доказывать ничего не нужно, убежденность просто светится в глазах нового персонажа.
— Меня зовут Майкл Фергюссон, — доброжелательно представляется гость. — Я работаю в одной весьма секретной организации, название которой тебе нечего не скажет, да и ни к чему тебе это. И занимаюсь я в этой организации, как раз такими парнями как ты.