Джонни и сам в молодости вполне прилично боксировал, и даже выступал на профессиональном ринге, впрочем, никаких особых результатов не добившись, став типичным «оппонентом» — бойцом на котором натаскивали молодые дарования. Не пройдя такого «оппонента», который на самом деле, как правило, был очень сильным и неуступчивым бойцом, с крепкой головой и хорошим ударом, таланту нечего было и думать о карьере в профессиональном боксе. Но, как я уже упоминал, карьера проф боксера у Джонни не получилась, и он, обладая несомненными криминальными талантами, ушел в другую сферу деятельности. Но со спортом окончательно не завязал, время от времени посещая подпольные бои в качестве антрепренера, или даже организатора.
Ничего плохого о нем сказать не могу. Несмотря на всю желчность и довольно паршивый характер, дела с бойцами он вел честно, и ни разу меня не кинул. Мы с ним даже завели приятельские отношения, насколько это возможно с подобным типом. Главное, я точно знаю, что он не стучит ни копам, ни вообще никому, руководствуясь по жизни неким аналогом «воровского кодекса чести», в том виде, как это понимали наши старые союзные криминальные авторитеты, с которыми мне довелось пересекаться в девяностых и нулевых.
Как то Джонни, под выпивку, рассказал мне немного о своем бурном прошлом. В восьмидесятые и девяностые, помимо организации боев, он занимался рэкетом и угоном автомобилей. Был взят на угнанной тачке и отсидел два года. Выйдя из тюрьмы мошенничал, сбывая простакам фальшивые акции «перспективных проектов», на чем тоже попался. Отсидев уже пятерик, и не желая больше оказаться за решеткой, Джонни решил вернуться к ставкам и организации подпольных боев. Там то я с ним и столкнулся.
Сейчас Куперу должно быть немногим больше тридцати, он еще молод, полон разных планов и не очень бит жизнью, но главное, я знаю, что он крутится в местных преступных кругах и обладает там определенным авторитетом. Осталось мелочь, познакомиться с ним заново, завоевать доверие и убедить, что я не подсадка от копов и со мной можно иметь дело.
Добравшись до места назначения, я оставил сумку с деньгами в камере хранения автовокзала, и взяв такси назвал известный мне адрес недорогого мотеля Lomita Inn на «Crenshaw Blvd, Lomita». Оставлять деньги в камере хранения было, конечно, рискованно, но еще рискованней брать такую сумму с собой в дешевый мотель. Я утешил себя мыслью, что за несколько дней с деньгами ничего не случится, а потом, найду более надежное место для своих капиталов. С собой у меня осталось чуть больше трех с половиной тысяч баксов, которые я, для, надежности распределил по разным местам. Пятьсот мелочью сунул во внутренний карман куртки, тысячу в сумку с вещами, спрятав тугой рулончик в чистых носках, и по тысяче в пакетах, засунул в каждый из кроссовок.
Комната в мотеле обошлось мне в 35 баксов. Гостишка была, если честно, так себе, но мне всего то нужно было перекантоваться пару тройку дней, пока не найду что-то постоянное. Критерий поиска постоянного жилья прост: недорогой район, там где много эмигрантов, но преступность на приемлемом уровне, доступность пляжа и небольшое количество полиции, а главное — простота заселения, без засветки документов. Большой Лос-Анджелес, второй по численности населения город США, растянувшийся по побережью на семьдесят одну милю, на самом деле представляет собой целый конгломерат небольших городов, очень разных по условиям проживания и составу населения, объединенных в округ. Насколько я помню, в состав большого Лос-Анджелеса входит восемьдесят восемь городов, каждый из которых имеет своего мэра и свое управление.
Моим целям прекрасно подходил район «South Bay». Этот промышленный район, заселенный преимущественно эмигрантами, мне был хорошо знаком по прошлым посещениям города. На «South Bay» сейчас живут в основном эмигранты: японцы, которых большинство, аж процентов сорок от общего числа жителей, следующими по численности идут латиносы — примерно двадцать пять процентов, далее корейцы — их около десяти процентов. Коренных американцев здесь примерно процентов тридцать.
Я и по внешности, и по манерам вполне сойду за выходца с восточного побережья, эмигранта во втором поколении, только что вырвавшегося из под опеки родителей. Меня вряд ли будут искать в подобных районах, так как, сейчас здесь практически нет выходцев из Восточной Европы. Выходцы из СССР доберутся сюда только в девяностых, что мне весьма на руку. От своих нужно держаться подальше, потому что искать меня логичнее всего именно среди них.
Взяв в продуктовом магазине внизу бесплатную газету объявлений «Thrifty Nickel» и проштудировав объявления из раздела аренды жилья, из которых меня больше всего интересовали те что с пометкой: «No credit check» (без проверки кредитной истории), я выбрал несколько подходящих и принялся за планомерный обзвон. Остановившись на четырех вариантах, спустился вниз и поймав такси, назвал первый адрес расположенный в районе Lomita на полуострове Palos Verdes. Это весьма перспективное для меня место, с большим хорошим пляжем «Cabrillo Beach», до которого, от места нахождения первого адреса, всего пятнадцать минут неспешной ходьбы. Кстати Palos Verdes — на испанском это зеленые утесы. Здешние места это излюбленное место для серферов, любителей пробежек по песку вдоль береговой линии и просто для отдыхающих.