— Y yo a ti, mi alegría (И я тебя, моя радость.) — так же, одними губами, шепчу ей и послав еще один поцелуй, отворачиваюсь назад.
— За нами придут, — негромко говорит Педро, не отрываясь от дороги — По любому.
— Придут, — спокойно отвечаю ему.
И это не предположение, а непреложный факт. Как занимающийся рассвет на улице. Киваю сам себе. Ладно. Значит, так и будет. Будем жить дальше.
Пикап набрал скорость, уходя по грунтовке в сторону шоссе. Солнце медленно поднималось из-за гор, заливая все вокруг холодным, бледным светом. Ночь закончилась. Начиналась следующая партия.
Кабинет дона Альберто был цел, но воздух в нем уже не был прежним и никогда не будет. В нем пахло чужими людьми и поражением, словно дом еще помнил ночной штурм. Тяжелые шторы были приоткрыты. Утренний свет падал на массивный стол, за которым сидел дон Альберто. Он не двигался. Только пальцы медленно перебирали четки.
Перед ним стояли двое особо доверенных людей — крепкие мужчины лет сорока, в выцветших рубашках. Не новички. Люди, которые видели достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов. Тишина тянулась слишком долго.
— ¿Ya viste todo? (Ты все видел?) — наконец тихо спросил дон Альберто, не поднимая взгляда.
— Sí, patrón. — ответил один из них. — Todo está controlado. (Да, патрон. Все под контролем.)
Дон Альберто медленно поднял глаза. Взгляд был тяжелый, но спокойный. Не злой. Хуже — холодный.
— ¿Controlado? (Под контролем?) — повторил он, чуть наклонив голову.
Он сделал паузу.
— Entraron en mi casa. (Они вошли в мой дом.) — сказал он тихо. — Amarraron a mi familia. Caminaron por aquí como si fuera suya… (Связали мою семью. Ходили здесь, как у себя…)
Пальцы остановились.
— … y mataron a mi sangre. (…и убили мою кровь.)
В комнате стало еще тише. Один из мужчин чуть опустил взгляд.
— Lo vamos a arreglar, patrón. (Мы все исправим, патрон.)
Дон Альберто посмотрел на него долго. Потом едва заметно кивнул.
— Claro que lo van a arreglar. (Конечно исправите.) — спокойно сказал он. — Porque ahora esto ya no es un problema… (Потому что теперь это уже не проблема…)
Он чуть наклонился вперед.
— Es una deuda. (Теперь это долг.)
Пауза.
— Quiero a todos. (Я хочу всех.)
Он начал загибать пальцы, не отрывая взгляда от людей:
— La mujer. El gringo. El que manejaba. El otro… el callado. (Женщину. Гринго. Того, что водил. И второго… молчаливого.)
Новая пауза
— Todos. (Всех.)
Он сделал короткую паузу.
— La niña… no. (Девочку — нет.)
Мужчины переглянулись.
— ¿Seguros, patrón? (Точно, патрон?)
Взгляд дона Альберто стал еще холоднее.
— Dije que no. (Я сказал — нет.)
Тот кивнул.
— Sí, patrón.
Дон Альберто откинулся на спинку кресла.
— Pero escuchen bien. (Но слушайте внимательно.) — тихо сказал он. — No quiero ruido. No quiero escándalo. (Мне не нужен шум. Не нужен скандал.)
Он чуть постучал пальцами по столу.
— Háganlo… con respeto. (Сделайте это… с уважением.)
Мужчины молчали.
— Sin tortura. Sin juegos. (Без пыток. Без игр) — с нажимом продолжил он. — Rápido. Limpio. (Быстро. Чисто.)
Он снова взял четки.
— Que entiendan por qué mueren… pero que no sufran. (Пусть понимают, за что умирают… но пусть не страдают.)
Пауза.
— Y cuando terminen… (Я хочу знать,) — Он поднял взгляд. — Quiero saberlo. (Когда все будет закончено.)
Оба кивнули.
— Sí, patrón.
Они развернулись и молча вышли.
Дверь закрылась. В кабинете снова стало тихо. Дон Альберто долго сидел неподвижно. Потом медленно провел рукой по лицу и закрыл глаза. Но это была не слабость. Это была пауза перед тем, как долг начнет возвращаться.
Паулина ушла в душ, и в комнате сразу стало тише. Слышно было только, как за тонкой перегородкой льется вода и где-то за окном лениво шумит океан.
Я лежал на кровати, закинув руки за голову, и смотрел в потолок. Вентилятор под ним крутился медленно, лениво гоняя по комнате влажный, теплый воздух. С момента как мы закончили в поместье дона Альберта прошел месяц. А ощущение было, будто все случилось вчера.
От поместья мы ушли чисто. Даже слишком чисто. Пикап дона Альберто тянул уверенно. Дорога до Ла-Крус заняла меньше получаса. Мы почти не говорили — каждый был внутри себя. Только Педро рулил, не сбрасывая скорости, и время от времени бросал взгляд в зеркала.
В Ла-Крус мы забрали свою машину там, где и оставили. Все было на месте. Дальше — по плану. Пошли на двух машинах. Свернули с дороги в сухое русло, проехали еще метров триста и остановились. Там и закопали все лишнее. М-16, автоматы, мины, гранаты, ПНВ, кольт с глушителем. Жалко было. Хорошее железо. Но с таким набором через посты не пройти. Оставили себе только револьверы. Надежно, просто, без лишнего шума.