— А где он мог спрятать? — Отвлекаюсь от созерцания ее лица и настраиваюсь на деловой тон.
— У нас есть несколько гаражей в Уилмингтоне. Кроме того, где ты уже был. — задумалась девушка. — Я знаю там тайники. Но не думаю, что Габи спрятал товар там, где я знаю.
— А в трейлерном парке? — задаю наводящий вопрос.
— Может быть, но вряд ли. Там несмотря на то, что он заброшен, слишком много посторонних. — покачала головой Паулина. — Я тебе опишу все, что знаю, и дам несколько телефонов. Тебе придется установить контакт с солдатос Габриэля.
— А Педро? Что ты скажешь о нем?
— Педро — двоюродный брат Хулио, casi su sombra (почти его тень). Он и Хосе всегда следовали за Хулио. Хосе помягче, а Педро часто был безбашенным, но Габи и сам Хулио могли его быстро успокоить.
— Когда Габриэль в вечер перед нападением приехал с Карлосом в парк, он был озабочен тем, что Педро и еще несколько человек пропали. Почему?
— Mira, ya te digo que Pedro es un desquiciado (Я же говорю, что Педро безбашенный). Он сильно озлобился на Габи потому, что тот не дал ему расправиться с тобой. Габи думал, что Педро может предать. Поэтому он вывез всю электронику из гаража. Часть раскидали по другим гаражам, а другую привезли в трейлерный парк.
— У Габриэля были сильные враги, конкуренты? — пристально смотрю на девушку.
— ¡Ay, guerito! La gente como Gabriel siempre tiene enemigos (У таких людей как Габриэль всегда есть враги). — усмехнулась Паулина. — Сам по себе Педро ничего не мог сделать. Но, если бы он обратился к Игнасио и указал на место, где Габриэль наиболее уязвим, Игнасио мог бы ударить.
— Ты думаешь, что за нападением на трейлерный парк стоит Игнасио?
— Никто кроме этой собаки, снюхавшейся с сальвадорцами и с гвадалахарским картелем, не мог этого сделать. — злобно выплюнула Паулина, и глаза ее загорелись от ярости. — Клянусь, что он еще сильно пожалеет об этом! Он и предатель Педро, который привел его к парку…
— Нам сначала нужно найти товар.
— No, guerito. — Паулина горько покачала головой. — Ты не найдешь товар. Габриэль умел прятать. Когда окажетесь на той стороне, убей человека дона Альберто, убей предателя Педро и если сможешь, найди и убей собаку Игнасио. Y entonces yo moriré tranquila, sabiendo que vengaste a Gabriel y a mí (И тогда я умру спокойной, зная, что ты отомстил за Габи и за меня).
— А если мы не поедем? — тихо спросил я, поворачиваясь к ней. — А если мы смоемся вместе прямо этой ночью?
Паулина замерла. В темноте я не видел ее лица, только чувствовал, как напряглось ее тело.
— ¿Cómo? (Как?) — выдохнула она.
— У меня есть еще деньги, — говорю ей. — Я кое-что припрятал в Лос-Анджелесе. Тысяч сорок. На первое время хватит. Мы уйдем в горы, переждем, потом переберемся через границу. Я знаю, как уходить от погони. В горах я не пропаду.
Она молчала долго. Потом тихо, с горечью рассмеялась.
— Ay, guerito… Tú no entiendes. (Ай, беленький… Ты не понимаешь.) Эти горы принадлежат им. Здесь каждый пастух, каждая старуха, каждый niño, что пасет коз, — все работают на картель. Если дон Альберто прикажет нас найти, нас найдут очень быстро. Даже если ты лучший следопыт в мире.
— Я уходил от спецназа в горах, — возражаю ей. — От вертолетов, от собак. Уходил.
— Это не спецназ, guerito. — Она повернулась ко мне, и в темноте блеснули ее глаза. — Mira, эти люди выросли здесь. каждая тропа — как улица родного города. Им не нужны собаки. Им достаточно спросить у первого встречного. А тот не посмеет соврать — porque por una mentira matan a su familia (потому что за вранье убьют его семью).
Молчу, переваривая. Знаю, что один ушел бы от людей дона Альберто. Убил бы тех, кто встал бы на пути и ушел бы. А с Паулиной? Не знаю, как она ходит в горах. Нас будут преследовать местные следопыты. Рисковать девушкой не хочу. Может, действительно лучше попробовать найти товар…
— К тому же, подумай, — добавила Паулина, видя, что я молчу. — Ты думаешь, дон Альберто оставил бы нас без присмотра? Скорее всего, прямо сейчас за домиком наблюдают. Может, его племянник Альфонсо, может, кто-то из его людей. Если мы попробуем уйти, нас перехватят на первой же тропе. Так что сделай, как я сказала…
Она запнулась, голос дрогнул.
— Y yo te recordaré hasta el final… (А я буду помнить о тебе до самого конца…)
— Ладно, поеду в Лос-Анджелес, найду товар и вернусь. — Притягиваю ее к себе. — Не переживай, мое солнце, я не брошу тебя и сделаю все, чтобы ты жила долго и счастливо.
Целую девушку, заглушая возражения, рвущиеся у нее изнутри. Паулина вырывается из моих объятий, пытаясь еще что-то сказать, но я крепко держу ее, не разрывая поцелуя.
— Pero… (Но…)
— Sin peros, mi amor (Никаких «но», любовь моя), — шепчу я в перерыве между поцелуями.