Когда все поняли, что ничего страшного не произошло, то снова принялись за свою еду. Только ушибленный стаканом, свалившимся ему на голову, мексиканец, долго выяснял отношения с толстухой буфетчицей, требуя компенсации за якобы полученную травму. Та вяло отбивалась, и пострадавшему так ничего не обломилось. Вскоре, мимо нас прошла пожилая уборщица с метелкой и ведром и принялась подметать разлетевшиеся осколки.
Минут через десять мы закончили с едой, и отправились к машине. Когда уже расселись по местам Агусто, обычно невозмутимый и непробиваемый как скала, стал проявлять признаки беспокойства. Сначала он просто ерзал в своем кресле, все никак не заводя двигатель, потом лицо его побледнело, а на лбу выступила испарина.
— Я на минуту, — процедил он сквозь зубы и, резко выйдя из машины, почти бегом направился обратно в забегаловку.
Ну да, ему нужно поторопиться, если он хочет сохранить свои штаны чистыми. Мы с Педро остались в машине вдвоем. Педро обернулся и посмотрел на меня настороженно,
— Что с ним? — Неохотно обращаясь к мне буркнул он.
Я немного подался вперед, и понизив голос ответил:
— Слушай внимательно, Педро. У нас есть минут десять, пока этот бедняга будет сидеть на толчке. Я тебе ничего не должен, а ты мне, тем более. Но сейчас мы с тобой в одной вонючей дерьмовой яме, и сидим там по уши. Понимаешь?
Педро злобно оскалился:
— ¿Tú me dices eso, pinche asesino? (Ты мне это говоришь, чертов убийца?) Ты убил Хулио — мою кровь! Я должен перерезать тебе глотку прямо сейчас. Жаль, Габриэль тогда в гараже не дал мне этого сделать…
— Можешь попробовать сделать это прямо сейчас, — спокойно отвечаю ему. — Но тогда твоя сестра умрет. И Паулина тоже. Дон Альберто не будет разбираться, кто прав, кто виноват. Он просто выполнит приговор. ¿Eso es lo que quieres? (Ты этого хочешь?)
Педро было дернулся, но промолчал.
— Пораскинь мозгами, ты же не дурак, — упрямо продолжаю гнуть свое. — Мы сейчас с тобой в одной лодке. Я знаю, что это ты привел людей, которые напали ночью на парк. Кто там еще был? Люди Игнасио, да?
Педро вздрогнул, и его глаза расширились. Я отчаянно блефовал, используя информацию, которую мне ночью дала Паулина. Но судя по тому, как дернулся Педро при упоминании Игнасио, я попал в самую точку. Так, значит это правда. Теперь нужно додавить его.
— Откуда, черт возьми, ты это знаешь? — Пораженно выдохнул он. — Eres brujo o qué? (Ты колдун, что ли?)
— Может быть. Это сейчас неважно. — специально нагоняю побольше тумана. — Но важно то, что тебя использовали как дурака. Игнасио дал тебе самых слабых бойцов и погнал тебя и твоих людей вперед, пообещав только часть владений Габриэля. ¿Verdad? (Правда?)
— Brujo… — прошептал Педро, отодвигаясь. — Maldito brujo… (Проклятый колдун…)
— Я не колдун, я реалист, и разбираюсь в людях. — подаюсь к нему ближе. — Расскажи, что там случилось. У вас ведь все обломилось…
Педро мрачно кивнул, его лицо исказилось от гнева и боли.
— Когда мы приехали к парку, я пошел на разведку. Я вырос в тех местах и все там знаю. Когда подобрался ближе, там увидел темный микроавтобус, спрятанный между деревьями. Вдруг оттуда начали стрелять прямо по мне. Пум, пум, пум. У них было оружие с глушителями! Чуть не убили меня, мудаки.
— А потом?
— Я закричал и стал стрелять в ответ. Наши люди побежали мне на помощь, а эти сукины дети убили их всех. Они были как военные, не как бандиты. Действовали очень четко. Убили моего брата Хосе, понимаешь? Меня ранили в плечо. Я еле ушел.
— А потом что было? — подгоняю Педро.
— Luego ellos fueron al parque. (Потом они пошли в парк.) И там начался гребаный ад. И потом — бум! Огромный взрыв. Я схватил тело Хосе, затащил его в машину и уехал. Остальные остались там… мертвые.
— А Габриэль?
— No sé. (Не видел) — Педро покачал головой. — Думаю, никто не выжил. Взрыв был очень сильный.
— Ты знаешь, где может быть товар, о котором говорил дон Альберто?
— No. — Педро снова мотнул головой. — Если бы знал, то обменял бы тебя на этот товар уже давно.
— Молодец, зато честно — с пониманием киваю ему. — Ну что, будем работать вместе? Думай быстрей.
Педро молчал долго. Его кулаки сжимались и разжимались.
— И почему я должен тебе доверять, чертов гринго? — Наконец выдавил из себя он.
— Потому, что у меня та же самая цель, что и у тебя. — отвечаю, глядя ему прямо в глаза. — Паулина для меня все. Я не дам ей умереть. А без тебя я не смогу найти тайник Габриэля. Ты знаешь его людей, его места. Вместе у нас есть шанс. По одиночке нас разделают под орех. И Аугусто, и картель, и даже мудак Игнасио.