Я молча кивнул, прикрывая за собой дверь. Главное что Педро жив. А значит, сегодняшняя игра стоила свеч.
Глава 10
Раннее утро. Старый домик на окраине пригорода Лос-Анджелеса. Ничего особенного — одноэтажный, с покосившейся верандой, ставнями с облупленной краской и заросшим густым бурьяном двориком, в котором стояли две потрепанных машины. За домом тянулся большой пустырь, дальше за ним, склады и темные коробки каких-то мастерских. Место отдаленное и глухое, как раз для тех, кто не хочет, чтобы их лишний раз видели. Это дом тетки Пеппе, о котором никто не знает. Он достался ему пару лет назад, после смерти тетки.
Доктор Мануэль — плотный мексиканец лет пятидесяти с усталым лицом и большими залысинами, как раз заканончил перевязку. Педро лежал на продавленном диване у стены, бледный как мел, с мокрыми от пота волосами, прилипшими ко лбу. Его правое плечо было туго забинтовано, на щеке и под глазом расползлись багровые пятна гематом, губы потрескались. Он уже пришел в себя, после извлечения пули, но выглядел не лучшим образом.
Мануэль убрал окровавленную марлю в эмалированный тазик стоявший рядом на стуле, всполоснул руки в другом тазу с чистой в водой, вытер их полотенцем и посмотрел сначала на меня, потом на Педро.
— Bala salió limpia. La suerte todavía no lo ha dejado (Пуля вышла чисто. Удача его еще не покинула.) — Он кивнул на плечо раненого. — Ему еще повезло. Кость вроде цела. Но если начнется жар, пойдет дурной запах, рана покраснеет и вздуется — тогда будет плохо.
— Надеюсь, что до этого не дойдет — отвечаю я и спрашиваю. — Сколько ему лежать?
— Пару недель покоя и будет как новый. — ответил Мануэль и покосившись на скривившегося Педро тут же добавил. — Но я вижу по вашим рожам, что у вас нет пары недель. Значит, хотя бы два-три дня соблюдать постельный режим. А после этого пару недель просто поберечься. Иначе откроется рана, и этот muchacho (парень) просто истечет кровью.
Педро попытался усмехнуться, но вышло у него не очень.
— Ya escuchaste, cabrón. (Ты слышал, козел.) — пробормотал он, глядя на меня мутными от боли глазами. — Я теперь бесполезный инвалид в нашей команде.
Мануэль ткнул его пальцем в лоб.
— Дубина. Ты сейчас не бесполезный и не инвалид. Самое главное, что ты живой, но тебе нужен покой. И если ты хочешь, чтобы все было в порядке, прислушайся к моим советам.
Он собрал свои инструменты разложенные на столе в старую кожаную сумку, и снова обратился ко мне:
— Ему нужна вода, еда, антибиотики по списку, что я оставил. И самое главное — нужен полный покой. Хотя бы три дня. Не давайте ему пить много сразу. И не давайте вставать без нужды.
— Понял.
Мануэль кивнул, забрал деньги, которые я сунул ему в ладонь, и ушел через заднюю дверь, не прощаясь.
Пеппе стоял у окна, чуть отдернув край занавески и наблюдал за окрестностями. Чало сидел на перевернутом ящике у стола и тщательно чистил ногтем большого пальца засохшую грязь с рукояти пистолета. Оба выглядели уставшими и немного взвинченными. Обращаюсь к ним.
— Нам нужно разведать обстановку после вчерашних событий. Проскочите вдвоем в город. Там возьмете воду, еду и лекарства по рецепту, что дал врач. Заодно пробейте, что творится на районе. Только никаких разговоров о том, что было, даже со своими. Мы не можем быть уверенными, что кто-то из наших не стучит Игнасио. Лучше вообще не общайтесь пока ни с кем. Только сначала купите все, что нужно, а потом разведайте обстановку. Если увидите что-то подозрительное — сразу назад. Только обязательно проверьтесь на слежку.
Пеппе кивнул.
— ¿Y si vemos a gente de Ignacio? (А если мы увидим людей Игнасио?)
— Просто проезжайте мимо. Если у них возникнут к вам вопросы, вы не в курсе произошедшего и всю ночь резались в карты. — Отвечаю ему.
Чало поднялся с ящика.
— ¿Y si nos siguen? (А если нам сядут на «хвост»?)
— Покрутитесь по району. Проверитесь дважды. Ни в коем случае не тащите «хвост» сюда. Если что не так — отваливайтесь и ложитесь на дно до темноты. Ждите там, где я вас нашел. Если вы не появитесь я позвоню из автомата как стемнеет.
Они переглянулись. Пеппе первым сунул револьвер за пояс, Чало проверил магазин пистолета и спрятал его под куртку.
— Volvemos rápido. (Вернемся быстро.) — сказал Пеппе.
— Не торопитесь, лучше сделайте все как надо, — покачал головой я и добавил. — Когда подъедете сюда обратно стукните по металлу два раза, чтобы мы знали, что это вы. Ответ — один удар. Тогда все в порядке, нет ответа, уходите и больше здесь не появляйтесь.
Они ушли. Через минуту за домом мягко завелась машина, потом звук мотора быстро стих вдали. Мы остались вдвоем. Педро лежал на диване, тяжело дыша и безучастно глядя в потолок. Потом он повернул голову ко мне и хрипло сказал.