Игнасио даже головы не повернул.
— Дернутся.
— А если нет?
Тогда он все-таки посмотрел на спросившего. Медленно. С холодным раздражением.
— Если у них на другом краю объекта вспыхнет второй пожар, затрещат в огне патроны и пойдет дым, они еще как дернутся. Не все. Но достаточно. Нам нужно отвлечь их внимание и создать шум, чтобы они смотрели в ту сторону а не на старое пожарище. Но все равно, ищите аккуратно не светитесь. Нечего там маячить как у себя дома. И помните, все нужно делать быстро. У вас не будет много времени.
— ¿Y Pedro? (А Педро?) — поинтересовался один из солдатос. — Вдруг он тоже шныряет где то там…
— К черт придурка Педро, — устало отрезал Игнасио. — Если сам выползет — возьмем. Но я не за ним туда иду. Я иду за тем, что стоит денег. Настоящих денег.
Он помолчал, потом добавил уже тише:
— А Педро пусть потом хоть сдохнет, хоть живет. Мне все равно.
Это была не бравада. Это была уже почти правда. С того момента, как Педро под пыткой выдал сумку, он перестал быть для Игнасио главной целью. Нужной — да. Полезной — возможно. Но не главной.
Главным был товар. Нужно было успеть добраться до него раньше, чем сюда по-настоящему придут люди из Синалоа. Раньше, чем кто-то из больших людей в Гвадалахаре решит, что Игнасио слишком много на себя взял. Раньше, чем на районе начнут шептаться громче, чем надо.
Он не доверял никому. Ни тем, кто стоял сейчас у машин. Ни тем, кто уже несколько дней пас подходы к парку. Ни даже тем, кто много лет ел с ним с одного стола. Слишком часто он видел, как люди теряют голову при виде больших денег. Поэтому сегодня он приехал сюда сам. Но не для того чтобы самому что-то искать.
Игнасио был жадным, мстительным и самоуверенным ублюдком, но не самоубийцей. И прекрасно понимал разницу между «лично контролировать» и «лезть первым туда, где могут стрелять».
Он ткнул пальцем в край карты, чуть в стороне от маршрута группы.
— Я буду здесь.
Луис склонился ближе рассматривая карту. Наблюдательный пункт был на старой сервисной дороге на невысоком пригорке, откуда просматривался южный и восточный край парка. Не идеально, но достаточно хорошо, чтобы видеть движение, машины и сигнал с заходящей группы. До самого пожарища было далековато, но бинокль решал это.
— Там будете вы? — на всякий случай уточнил Луис.
— Я. И двое со мной. Еще одна машина — чуть ниже, на подхвате. Если что-то идет не так, я хочу видеть это раньше вас.
— ¿Y si aparece la policía por la carretera? (А если копы подтянутся по дороге?)
— Для этого и будет вторая машина с тыла с рацией. Они меня предупредят, а я вас. — Игнасио прищурился. — А вы в этот момент не любуетесь огнем, а прилежно ищите сумку. Поняли?
Луис и остальные кивнули.
Игнасио еще раз оглядел всех, будто пересчитывая не людей, а возможные дыры в собственной схеме.
— Проверить связь. Проверить оружие. Рации. Пока не начнется пожар рации не используем. Вообще. И потом, только по нужде. Копы могут слушать эфир. А когда начнется пожар им уже будет не до этого. Все, поехали. Канистры грузить. И без шума, cabrones. (уроды.) Мы не на свадьбу едем.
Люди зашевелились быстрее. Кто-то поднял канистру, кто-то полез в кузов, кто-то передернул затвор. Металл тихо звякнул, брезент зашуршал, заскрипели рессоры.
Игнасио отошел в сторону, достал сигарету, но так и не закурил. Только покатал фильтр между пальцами и посмотрел в черноту за складами, где уже лежал путь к парку.
Все было почти готово.
Если повезет — через час-другой он увидит эту чертову сумку собственными глазами. Если не повезет — ночь может закончиться очень плохо. Он это тоже понимал. Поэтому и не лез вперед сам. Поэтому и выбрал себе место в отдалении, откуда можно было видеть, командовать и при необходимости сразу рвать когти. Если бы не приз в миллион долларов, он бы никогда не стал так рисковать. Но больше такого случая может не представиться.
— По машинам, — бросил он наконец.
Фары не включали. Машины тронулись по одной, медленно, будто не на дело ехали, а просто меняли стоянку. Игнасио, на этот раз, сел на переднее сиденье темного внедорожника чтобы видеть все получше. Рядом устроился широкоплечий водитель. Охранник с автоматом сел сзади.
Вторая машина с охраной пошла следом. Следом еще два пикапа, забитые обычными солдатос. Игнасио смотрел вперед, щурясь в темноту, и думал только об одном: либо этой ночью он возьмет сумку и купит себе богатство и безопасность, либо скоро за ним придут уже не уличные шакалы, а люди, рядом с которыми он сам всю жизнь был только мелким хищником.