– Ты издеваешься?
– Провожу шоковую терапию.
– Мне это совсем не нравиться.
– Да кому ж такое понравится?
– Так это ты из любви к искусству или демонстрация садистских наклонностей?
– Лекарство подбирают не по вкусу... – в интонации Саши почувствовалась какая-то основательность. Он словно демонстрировал краеугольные камни своего понимания мира:
– ... Пройдет не так много времени, и ты сама будешь силой держать вырывающегося плачущего ребенка, подставляя его под иглу шприца.
От нарисованной картины у Ули защемило сердце... Однако не признать Сашину правоту она не могла. Будет обливаться кровью, но будет держать... Вот только...
– Я не твой ребенок.
– Ты потенциальная и весьма вероятная моя жена. Человек, которой в некоторой степени будет родней и ближе всех остальных, включая будущих детей...
– Роднее детей?
– Дети вырастут и, дай бог, обретут свои семьи. А мы останемся друг у друга до конца жизни.
Его слова словно вспышка осветили будущее совершенно с неожиданного ракурса. Они ошарашивали, ломая привычные представления... Хотя, если разобраться, у нее и не было каких-то особых представлений. Просто неопределенные обыденные ожидания, сформированные манящим "жили долго и счастливо". И вдруг это "долго и счастливо" увиделись под другим, переворачивающим сознание, углом. Непривычным, слегка цинично-меркантильным, и тем самым более правдивым. И теперь глядя на стоящего рядом с ней человека, Уля внезапно унеслась мыслью лет на пятьдесят вперед, увидев морщинистого старика с жидкими редкими волосенками на голове, обвислыми седыми усами и Сашиными глазами...
– Маугли, – сказал старик, – ну всего пять ступенек осталось. Может, уже их доскачем? А то стоим столбами посреди лестницы.
Созданный образ растаял, вернув картинку сегодняшнего дня.
– Знаешь, Саш, у меня сейчас есть очень большое желание развернуться и выкинуть тебя из своей жизни.
– Я рад, что ты мне это говоришь...
– Рад?
– ... а не сразу приступаешь к действиям, давая мне шанс исправить, объяснить или исправить, – закончил он свою мысль, – но все же давай войдем в дом. Нам еще надо много чего обсудить, прежде чем принимать какие-нибудь решения. И это уже не говоря о твоей ноге.
Согласно кивнув, Уля сделала шаг на следующую ступеньку. Опередив ее, Саша поднялся на площадку, подошел к двери и, вынув связку ключей, занялся отпиранием своих съемных хором.
Щелкнул замок, другой. Дверь распахнулась, открыв проход в темный коридор.
– Добро пожаловать дорогой друг Александр, – произнес Саша с пафосной торжественностью и, оглянувшись, добавил, – ну, и ты лягушонок заходи.
Неожиданная цитата из детства, вызвав невольную улыбку, слегка развеяло сгустившееся от серьезных мыслей настроение. Кажется, даже стало легче дышать.
– Тыщу лет не смотрела этот мульт, – призналась Уля.
– Это зря, – ответил Саша, заходя в темный провал, – моя мама считает... подожди, я свет включу...
– Так что она считает?– поторопило его задетое женское любопытство.
– Она считает, что их создатели, – донеслось из черноты, – будучи людьми взрослыми, заложили в свои работы смысл, который полноценно понять и оценить сможет только взрослый человек.
– Хм...
Загоревшаяся лампа осветила тускло желтым цветом небольшую ничем не примечательную прихожую.
– Тут стоит оговориться, – продолжил Саша, – что речь идет о старых советских мультиках времен застоя... Ну, добро пожаловать, Ульяна Феоктистовна!
– Спасибо, – она переступила через порог, – и часто твоя мама...
Поняв, что не знает в каком времени задавать свой вопрос, Уля замолчала, не докончив фразы. Но тут ей пришел на выручку Саша:
– Ну, сейчас, когда младшие подросли, она их тоже почти не смотрит, но мне нередко напоминает посмотреть... Разуваться не предлагаю: я только сегодня ночью приехал после полутора недельного отсутствия, а в мое отсутствие уборщица не приходит.
Мгновенно возникшие вопросы о поездке столкнулись с желанием узнать побольше про семью. А еще хотелось вернуться к теме доходов... И тема уборщицы выглядела интересной: если знать, как возможный муж относится к ведению совместного домашнего хозяйства, то можно будет подумать над тем, а нужен ли тебе такой муж... А еще очень-очень хочется не порвать, а укрепить ту ниточку симпатии, а может даже влюбленности, которая привела ее в этот дом и теперь тянет дальше...