– А как же знаменитое "Путь к сердцу мужчины лежит через желудок"?– поинтересовалась она, ставя пятку на его колено, и тут же взвизгнула.
– Что? Больно?
– Нет-нет, – смутилась Уля, – извини, просто у тебя руки холодные.
– А-а, понятно, – Саша улыбнулся, – моя вина: руки холодной водой мыл... Так вот о "мужском желудке", – его пальцы снова сомкнулись на женской лодыжке, пристраивая ее поудобнее, – важна не сытость, важна забота. А вкусно накормить – это наиболее быстрый способ показать эту заботу... Постарайся не двигаться.
Женское сердечко с замиранием внимало и красивым словам, и заботливым рукам, но разум еще не сдавался:
– Спорное какое-то объяснение. Мне казалось, что это способ показать, что женщина хорошая хозяйка, и пришедший домой после работы мужчина будет накормлен сытно...
– ... и полно, – подхватил мысль Саша, обматывая Улину ногу эластичным бинтом, – но ведь это и есть способ демонстрации заботы. Разве не так?
– Не буду спорить. Чувствуется, ты много об этом думал.
– Это не я думал, а мой первый отчим... Все закончено. Не слишком туго?
– Нет, нормально, – ответила Уля, опуская ногу на пол. Однако ее мысли вращались вокруг "первый отчим". Видимо был и второй, а может даже третий, что говорило не в пользу потенциальной свекрови. Саша вгляделся в лицо своей гостьи:
– Вижу, забродило в тебе после моих слов любопытство. И не надо краснеть и смущаться. Это любопытство правильное и естественное. Мы должны знать о семьях, в которых выросли наши половинки. Только сначала мне бы хотелось обсудить другой вопрос. Как у тебя с религиозностью?
– Религиозностью? – в очередной раз удивилась женщина, полностью не переключившись с размышлений о Сашиной семье.
– Да. Ты религиозна?
Уля окинула внимательным взглядом собеседника, убеждаясь, что тот говорит серьезно. Однако желания отвечать не возникло.
– Знаешь, Саш, для меня наш разговор как катание на американских горках, – призналась она, – тему разговора бросает то туда, то сюда. У меня возникает куча вопросов, но новый вираж и я ничего не успеваю узнать о тебе. Ты считаешь это правильным? Справедливым?
– Хм, – мужчина откинулся на спинку дивана, – признаю, об этом я не подумал.
– О чем не подумал?
– Я подумал и продумал кучу вопросов, которые надо выяснить до начала создания семьи. Даже подумал, что ты захочешь добавить что-то свое. Но не подумал, что надо свой план рассказать.
– А еще обосновать, – добавила Уля.
– И утрясти порядок.
– И скорость обмена информацией.
– Скорость?
– Ну, чтоб не пришлось одному постоянно отвечать рассказывать, – пояснила она свою мысль.
– Тоже верно, – согласился мужчина, тогда попробуем внести изменения в мой прекрасный план на лету. Но давай решим для начала вопрос с религией. Вопрос, разделяющий народы и государства. Поэтому если мы изначально не придем к консенсусу по этому вопросу, то, как ни печально, ничего совместного у нас не получится.
Уля покивала головой:
– Справедливо. Действительно стоит обговорить этот момент. Я не религиозна. Папа говорил, что его вера атеизм, и он не стал маразматиком, чтоб менять ее на елейные бездоказательные сказки. А у мамы как-то не сложилось с духовенством.
– Это как?
– Ну, она с кем-то не поладила еще до моего рождения. А потом, я в классе третьем была, к нам в школу стал ходить батюшка. Мама с ним когда-то училась и говорила, что он гнилой человек, которого и могила не исправит. Они случайно в моей школе встретились, и мама устроила грандиозный скандал. Но большинство родителей было за батюшку... пока его за педофилию не посадили. Ну а следующий поп, после вопроса "Почему храм не брезгует брать деньги на ремонт у вора в законе?" старался с нашей семьей не пересекаться.
– Суровая у тебя мама, – уважительно произнес мужчина.
– Да не так что бы, – женщина пожала плечами, – она просто была очень нетерпима ко лжи и показушничеству. А про бога говорила, что он живет не в религии, а в людских душах. Храмы просто помогают сосредоточиться и услышать свою душу, чтоб через нее пообщаться с богом. А еще ей очень нравилась мысль, что бог нужен, чтоб было кого поблагодарить, когда все идет хорошо.
– Поблагодарить... – собеседник отвернулся и посмотрел в окно, – может, я тоже когда-нибудь поблагодарю его.