― Тогда, может, позволишь мне узнать? Расскажи мне о себе.
Она внимательно изучала мое лицо.
― Ты предупреждал меня держаться от тебя подальше.
Мой живот сжался.
― Может, я не смогу быть с тобой так, как хочу... так, как мне хочется... но все, что я знаю о тебе, говорит, что сейчас я должен быть здесь, перед тобой.
Испускаемая ею притягательная сила гудела, вибрировала между нами, и издавала звуки, похожие на удары туго натянутого барабана.
Уступив ей, я подался вперед, не в силах удержаться.
Я подошел к ней достаточно близко, чтобы протянуть руку и провести пальцами по ее дрожащему подбородку. Слова сами сорвались с моих губ:
― А если тебе кто-то понадобится, если ты испугаешься или захочешь рассказать о том, что, черт возьми, произошло прошлым вечером, если захочешь сбежать, как ты собиралась сделать сейчас, тогда ты придешь ко мне. Понимаешь? Тебе не нужно бояться.
Дрожь пробежала по ее телу, она покачнулась и едва не упала на меня. Все мои силы ушли на то, чтобы не обхватить ее за талию и не прижать к себе. Не зарыться лицом ей в шею.
Взять еще немного того, что я знал, брать нельзя.
Эта девушка была опасна. Я не мог позволить ей проскользнуть сквозь трещины и разломы, образовавшиеся внутри меня. Но я не знал, как это остановить, потому что единственное, что я хотел сделать, ― это проникнуть в ее.
Вторгнуться.
Овладеть.
Ее маска на мгновение соскользнула, и выражение лица стало уязвимым.
― А что, если бояться ― это единственное, что я умею?
― Значит ты отдашь свой страх тому, кто сможет с ним справиться.
― Ты этого хочешь? Справиться с ним за меня? ― Это была наполовину мольба, наполовину вызов.
Я не успел ничего ответить, потому что воздух наполнил пронзительный крик.
― Чарли! Что ты делаешь? Я думала, ты уже на тропе, как настоящий мазохист, и сражаешься с медведями голыми руками!
Голос моей сестры звенел в утреннем воздухе, полный поддразнивания, и мы оба обернулись в ее сторону. Рейвен шла по тротуару, рядом с ней семенил Нолан, они держались за руки и раскачивали ими.
Она выглядела полной света и жизни.
Надеждой для лишенных ее.
Чарли попыталась взять себя в руки. Скрыть следы травмы, которые, как я видел, отпечатались на ее теле.
Скрытые, они были на виду.
Я засунул руки обратно в карманы, чтобы удержаться от какого-нибудь дерзкого шага, например, обнять ее за талию, заявляя о своих правах, и нахмурился, чтобы у Рейвен не возникло никаких идей в ее маленькой хорошенькой головке, пока она смотрела на нас двоих.
― Привет, привет, мисс Чарли!!! ― воскликнул Нолан, когда они подошли. ― Что ты вообще здесь делаешь? Я проснулся, и тетя сказала, что мой папа пошел в пекарню за вкусняшками, а я сказал, что хотел бы пойти с ним, поэтому нам пришлось идти очень-очень быстро.
Только тут я заметил, что мой сын в пижаме и тапочках и размахивает над головой вязаным щенком.
Мне до сих пор не давало покоя то, что она была так внимательна к нему.
Рейвен непринужденно пожала плечом, глядя на меня.
― Я написала тебе сообщение, чтобы ты знал, что мы собираемся встретиться с тобой здесь, и тебе не нужно нести завтрак домой, так как мой любимый малыш уже проснулся, но ответа не получила.
При этом сестра наклонила голову, словно укоряя меня. Черные волосы, которые она собрала высоко на голове, растрепались. Под глазами у нее была размазана тушь, и я понял, что она тоже в тапочках.
Черт возьми. Моя сестра была чертовой катастрофой.
― Но я вижу, что ты, возможно, отвлекся, ― продолжила она.
Рейвен не нужно было знать, что Чарли была единственной причиной, по которой я вообще сюда пришел. Не нужно было знать, что я бодрствовал всю эту чертову ночь. Я был на взводе из-за ее страха, ее поцелуя и ее слов. Я не мог усидеть на месте ни секунды, поэтому придумал предлог, что собираюсь сбегать в кафе за завтраком.
― О да, я как раз выходила и наткнулась на него, так что он остановился поздороваться. ― Сбивчиво ответила Чарли.
Рейвен прищурилась, уставившись на то, что держала в руках Чарли.
― Зачем тебе чемодан?
― О... я... это? ― Чарли запнулась, бросив на меня обеспокоенный взгляд, прежде чем снова повернуться к сестре. ― Я решила не идти в поход, потому что у меня болели ноги после вчерашних веселых танцев, и вместо этого разобрала свой шкаф и отнесла кое-какие вещи на благотворительность.
Она толкнула чемодан, как будто он был пуст.
― В шесть утра? ― Рейвен выгнула бровь.
― Да? ― Чарли произнесла это как вопрос.
Рейвен покачала головой.
― Ты и правда мазохистка.
― Ну, ты тоже встала, не так ли? ― Чарли погрозила ей пальцем.
Рейвен хихикнула.
― Справедливо. Справедливо. Но здесь нет медведей. Я беспокоилась, что ты уйдешь в горы одна, так что должна признать, что мне стало легче, когда я увидела тебя здесь.
Да, я тоже чувствовал облегчение.
От того, что был здесь.
От того, что успел вовремя.
Они с Ноланом преодолели остаток пути, и малыш смотрел на Чарли, подпрыгивая и сияя очаровательной улыбкой.
― Хорошо, что ты проснулась так рано, потому что теперь ты позавтракаешь с нами. Мой живот урчит уже двадцать часов. А у тебя урчит живот? Смотри, я захватил с собой моего любимого щенка.
Он снова помахал собакой над головой.
Чарли посмотрела на него, и в том, как она это сделала, было что-то такое, от чего у меня защемило сердце.
Это одновременно и смягчало острую боль, и заставляло окаменеть.
И мне показалось, что я могу совершенно потерять контроль, когда она протянула руку, провела кончиками пальцев по его щеке и прошептала:
― Я рада, что тебе нравится.
Мегаваттная улыбка расцвела на его лице.
― Мне он нравится больше всего!
― Кажется, нам пора отправляться в кафе, ― сказала Рейвен.
Она снова украдкой перевела взгляд с меня на Чарли, и я убедился, что моя младшая сестренка ни на секунду не поверила в нашу ложь.
Затем она ухмыльнулась, глядя прямо на Чарли.
― А теперь тащи свою симпатичную попку за нами.
ГЛАВА 18
Чарли
Дыхание давалось мне с трудом. Этот маленький мальчик был просто лавиной. Его сладость была настолько всепоглощающей, что едва не сбивала меня с ног.
Я пыталась подавить эмоции и вести себя нормально, но не понимала, как это должно выглядеть, ведь еще пять минут назад я собиралась сесть в автобус и никогда не оглядываться назад, а теперь должна была завтракать с теми самыми людьми, с которыми, как я опасалась, слишком сблизилась.
Движение маятника, от которого земля дрожала у меня под ногами.
― Хорошо, только мне надо быстренько отнести этот чемодан наверх. ― Мне нужна была минута, чтобы осмыслить происходящее.
Чтобы смириться с тем, о чем попросил меня Ривер.