В центре комнаты стоял большой круглый стол, вокруг него ― пять стульев.
Каждый из нас занял свое место и вытянул левую руку в центр стола с одинаковыми знаками на коже.
Я объявил собрание Суверенного Санктума открытым.
ГЛАВА 23
Ривер
Семнадцать лет
― Ты уверен, что хочешь это сделать? ― спросил Тео, и Отто взволнованно провел рукой по лицу. Кейн и Кэш стояли, прислонившись спиной к стене заброшенного здания, которое они называли домом. Ривер был со своей командой с того самого дня, как встретил Тео у магазина после своей первой кражи.
С тех пор их была уйма.
Но сейчас речь шла о первом настоящем преступлении, которое он собирался совершить.
― Да. Но я не хочу впутывать никого из вас. Просто нужно, чтобы вы присмотрели за Рейвен, когда я уйду.
Формально Рейвен должна была жить с их бабушкой. Он отвез ее туда через пару дней после того, как они сбежали, посчитав, что это было лучшим вариантом для нее, поскольку он не мог представить девятилетнюю девочку, растущую на улице. Конечно, в один прекрасный день их поймают и отправят обратно к родителям. Их бабушка пообещала, что позвонит в службу опеки и Рейвен останется с ней.
Только вместо этого бабушка позвонила маме, а отец приехал навестить ее.
Месяц назад Рейвен проехала на пяти автобусах через весь город, чтобы найти его. Он никогда не забудет, как она стояла в дверях этого заброшенного здания со слезами на глазах.
Она умоляла Ривера не заставлять ее возвращаться.
Он поклялся, что не будет этого делать.
Тео покачал головой.
― Если ты собираешься сделать это, я прикрою твою спину. Рейвен тоже наша семья.
Это то, кем они стали.
Семьей.
И теперь это должно было быть скреплено кровью.
Фары внедорожника, припаркованного дальше по улице, мигнули один раз.
Это был знак.
Поехали.
Он двигался, как призрак, крадущийся в темноте под покровом ночи. Низко пригибаясь, чтобы оставаться незамеченным, он пробирался через ухоженный двор. Он прижался спиной к наружной стене кирпичного дома, чтобы убедиться, что все чисто. Он быстро подошел к двери, замок которой уже был взломан, чтобы все выглядело так, будто это было настоящая кража.
Бесшумно он проскользнул через весь дом и по коридору добрался до комнаты.
Он не медлил и не колебался.
Ублюдок находился именно там, где он и предполагал.
Спал.
Громкий, раскатистый храп доносился с правой стороны кровати.
Невидимый, он скользнул к краю кровати, навис над ним, словно тень, и издал низкое мстительное рычание.
Этот кусок дерьма вздрогнул, белки его глаз вспыхнули в мутном полумраке комнаты.
Но у монстра не было времени.
Ни единого шанса.
Не тогда, когда он заслужил это наказание.
Только вспышка узнавания, принесшая Риверу удовлетворение, промелькнула на его лице, прежде чем рука зажала ему рот, и он откинул голову назад прямо перед тем, как лезвие полоснуло его по горлу.
Потом он покинул этот мир.
Беззвучно.
Бесследно.
ГЛАВА 24
Чарли
Ривер: Думаешь о побеге?
Я прикусила губу, чтобы сдержать прилив нетерпеливого предвкушения, которое охватило меня, когда я открыла телефон и обнаружила сообщение от него.
Прошло три дня с тех пор, как мы поговорили о серьезных вещах. Три дня с тех пор, как я открылась ему и позволила увидеть ту часть себя, которая, как я думала, навсегда останется тайной.
Три дня с тех пор, как я показала ему самые разбитые, сломанные части себя, а затем ― надежду, которую он зажег во мне.
Желание.
Это... это... ожидание, которое расцвело и наполнило мою полную страдания грудь чем-то новым.
У меня было смутное подозрение, что то, что я чувствую, ― это радость, но прошло так много времени с тех пор, как я испытывала это в последний раз, что я не была уверена.
В последние несколько дней он снова начал шутить, и, Боже, мне это нравилось. Мне нравилось, что, когда я просыпалась, делала перерыв на обед или включала телефон после работы, меня всегда ждало какое-нибудь сообщение.
Постоянное напоминание о том, что он рядом. Может быть... может быть, мне больше не придется быть одной.
Улыбаясь, я вошла в дверь медицинского кабинета и набрала ответ.
Я: Не сегодня, ангел-хранитель.
Я почти ощутила, как он ухмыльнулся на расстоянии.
Когда я впервые назвала его так, он предупредил меня, что он не ангел, но я все равно не могла удержаться и не поддразнить его.
Но я говорила серьезно. В нем было что-то такое, что заставляло меня чувствовать себя защищенной. Под присмотром.
Я прищурилась, когда вышла под яркие лучи послеполуденного солнца. Было бы жарко, если бы не ветерок, шелестевший в лесах, окружающих город.
Меня охватила легкость, и я почувствовала это.
Это место становилось убежищем.
Пристанищем.
Я не сомневалась, что это связано с людьми, которых я здесь встретила.
Рейвен и Нолан заполнили пустоту внутри меня. Успокаивая ее своей заботой, смехом и дружбой. Редкий день Рейвен не стояла у дверей «Лунного цветка» и не ждала моего прихода с работы, чтобы затащить внутрь, щелкнуть замком и усесться в подсобке, где мы могли бы распить бутылочку вина.
Мы хихикали, болтали и дурачились, хотя, казалось, оба избегали более важных тем. Мы берегли чувства друг друга, все видели и понимали без подтверждающих признаний.
Но Ривер? Ривер был совершенно другой историей.
Он был буйством моих чувств и шепотом моей души.
В этом не было никаких сомнений, когда, пересекая парковку, я увидела еще одно сообщение.
Ривер: Хорошая девочка. Ты же не хочешь, чтобы мне пришлось тебя выслеживать.
У меня закружилась голова, и я ничего не смогла сделать, чтобы сдержать улыбку, появившуюся на моих губах.
Я: Сталкер, да?
Ривер: Ты даже не представляешь.
Внутри что-то дрогнуло от желания и трепета предвкушения.
Я все еще чувствовала его прикосновение к моим губам. Я чувствовала покалывание, которое не проходило, хотя минуло уже почти две недели с тех пор, как он поцеловал меня во второй раз в моей квартире.
Мой живот сжался от пульсирующего, ноющего ощущения, которое было таким сладким, но даже близко не было достаточным. Это жгучее вожделение.
Но мое сердце, пульсирующее от растущей привязанности, предупреждало о том, что меня затягивает в опасный круговорот.
Я знала, что только обрекаю себя на то, что меня снова уничтожат. Привязывалась к мужчине, который ясно дал понять, что это временно. Но я была не в силах избежать его притяжения.