Нежно.
Все это время он наблюдал за мной своими штормовыми глазами.
Боже, как этот грозный мужчина мог заставить меня почувствовать себя такой важной персоной?
― Давай уйдем отсюда, ― пробормотал он, выбрасывая салфетку в мусорное ведро, и я сглотнула эмоции, которые все еще бушевали во мне, фыркнула и выпрямилась, готовясь вернуться в холл.
Я никогда раньше не позволяла никому видеть меня такой, и часть меня хотела спрятаться, но другая часть знала, что в этом нет ничего постыдного, как сказал Ривер.
Все это было правдой.
Моя травма была настоящей.
Моя потеря была реальной.
И я думаю, что это был первый раз с тех пор, как все случилось, когда я позволила своему горю выплеснуться наружу. Чтобы понять, кем я хочу быть по ту сторону.
― Хорошо, ― сказала я ему.
На его лице промелькнуло удовлетворение. Тепло разлилось по мне, когда он переплел свои пальцы с моими, поднял мою руку и коснулся губами костяшек пальцев.
У меня задрожали колени. Этот мужчина прикончит меня.
Он с пугающей уверенностью вывел меня из подсобки, мы прошли по коридору и остановились в центре тату-салона.
Мужчина и женщина, которых я никогда раньше не видела и которые прибежали ко мне на помощь, все еще были там. Мужчина выглядел слегка растерянным, а женщина водила ладонями вверх-вниз по своим покрытым татуировками рукам, с беспокойством глядя на меня.
Но именно Отто расплылся в одной из своих широченных улыбок.
― А, вот и она. Ты в порядке, дорогая? Я немного волновался.
― Я в порядке, ― выдавила я, чувствуя себя не в своей тарелке, так как стояла, съежившись под тяжестью внимания, которое они все трое уделяли мне.
― Конечно, ты в порядке. Тебе просто нужно было немного передохнуть, и, похоже, ты пришла в правильное место.
Его голубые глаза блестели, взгляд метался между мной и Ривером, словно он пытался понять, что произошло между нами.
Почему я была там все это время, хотя казалось, что он доволен этим фактом.
Ривер все еще держал мою руку в своей большой лапе.
Не желая отпускать.
Он что-то проворчал в ответ на слова Отто.
― Мы уезжаем. Лиэль, ты закроешь?
Женщина с ярко-бирюзовыми волосами кивнула ему.
― Да, я буду здесь с клиентом до десяти.
― Хорошо. Если что-то случится, позвони мне.
― Обязательно.
Затем Ривер поднял подбородок, глядя на Отто, и тот сделал то же самое.
Это было почти незаметное движение, но я готова была поклясться, что за те полсекунды, что оно заняло, они успели поговорить.
― Я проверю, брат. Будьте осторожны. ― Взгляд Отто был прикован ко мне, когда он это произнес, глаза быстро пробежались по моему телу, как будто он оценивал, действительно ли я в порядке.
Как будто мои шрамы могли быть видны.
Ривер отпустил меня, распахнул дверь и придержал ее открытой, чтобы я могла пройти, но вместо того, чтобы снова взять за руку, провел ладонью по моей спине.
Расставив пальцы, словно он мог охватить меня целиком.
Как только я вышла на дневной свет, и вокруг оказались люди, меня снова захлестнула тревога, которая грозила взять меня в заложники.
Беги. Беги. Беги.
Скандировал мой разум, подталкивая к тому, что было моим привычным кредо.
Губы Ривера прижались к моему виску, его голос прозвучал гулко, отдаваясь где-то в глубине меня.
― Позволь мне стать твоим щитом, Маленькая Бегунья.
Я едва заметно кивнула в ответ, и пока мы шли по тротуару, я чувствовала, как он напряжен, посылая вокруг свирепые взгляды, пронизывающие атмосферу. Ясное предупреждение людям держаться от него подальше.
Словно стальная баррикада, окружавшая меня, этот мужчина ни на секунду не терял бдительности, пока мы спешили по тротуару.
Группы людей расступались еще до того, как он подходил достаточно близко, чтобы коснуться их, ― его энергетика заставляла их уйти с дороги.
Мы прошли мимо нескольких заведений, которые располагались в том же здании, что и «Чернильная река», прежде чем добрались до Бродвея.
Это был тот самый перекресток, откуда я в панике сбежала несколько минут назад, где меня чуть не сбили, но вместо того, чтобы пойти дальше, Ривер взял меня за руку и повел вокруг здания направо.
Он тащил меня за собой, пока я не оказалась рядом с мотоциклом устрашающего вида, который был припаркован на улице.
Полностью матово-черный и с низкой посадкой.
Ривер, не выпуская моей руки, перекинул ногу, оседлав металл, и похлопал по крошечному сиденью позади себя.
― Запрыгивай.
Я недоверчиво уставилась на него.
― Прости?
Он издал низкий, скрипучий смешок.
― Сказал, запрыгивай.
Я затрясла головой и попыталась вырвать руку.
― Я не езжу на мотоциклах.
Его порочные глаза сверкали в лучах солнца, пробивавшихся сквозь кроны деревьев. Этот мужчина был так безжалостно красив, что каждый раз, когда я смотрела в его сторону, мне казалось, что меня пронзают насквозь.
― Теперь ездишь.
― О, я не думаю...
Ривер спрыгнул с мотоцикла и навис надо мной прежде, чем я успела понять смысл его резкого движения ― он выпустил мою руку и обнял мое лицо двумя ладонями.
Я задохнулась, вдохнув его запах.
Кожа, чернила и порочность.
Он наклонился ближе, и я почувствовала шепот его губ:
― Ты еще не поняла, Чарли? Я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. ― Он крепко обнял меня и прижал к себе, его слова звучали как клятва: ― Я обещаю, что со мной ты в безопасности.
Насколько безрассудным было то, что я поверила ему? После того как дважды за последние недели у меня возникло ощущение, что за мной следят? Охотятся на меня?
А я стояла, дрожащий, хрупкий листок, который хотел парить в безопасности его рук.
В уголке его невозможно красивого рта заиграла ухмылка.
― Так ты заберешься на заднее сиденье моего мотоцикла или мне придется тебя заставить?
ГЛАВА 27
Чарли
Воздух хлестал меня по лицу, когда мы ехали по Мунлайт-Ридж, и солнечные лучи, падавшие с голубых небес, согревали мои щеки.
Я обхватила его руками за талию и прижалась к его спине так сильно, что боялась, как бы не причинить ему физическую боль. Я боялась, что если отодвинусь хоть на чуть-чуть, то упаду на асфальт, который мелькал под нами.
Жар исходил от его тела, обжигая меня, и я изо всех сил старалась сосредоточиться на том, чтобы держаться, а не зарываться носом в его футболку, вдыхая его одуряющий запах.
Мне нужно было быть осторожной. Я уже достаточно потеряла контроль.
Так далеко вышла за границы, что не было ни малейшего шанса, что меня не поймают.
Словно почувствовав мое беспокойство, Ривер накрыл правой рукой мои дрожащие руки, которыми я обхватила его. Я знала, что это должно было быть проявлением утешения, но это только напугало меня, и я закричала сквозь вой ветра и рев двигателя: