― Знаешь, забавно, что он чувствует то же самое. Жизнь умеет убедить нас, что мы чего-то не хотим, или у нас нет для этого времени, или мы считаем, что не достойны этого. Но иногда то, что нам нужно, все равно находит нас.
Внезапно раздался громкий стук в дверь.
― Эй, ребята, что вы там делаете? Лучше бы вам не устраивать вечеринку без меня. Я прождал здесь целую вечность, и у меня почти не осталось терпения. А мисс Либерти говорит, что терпение ― это то, что мне необходимо.
Я тихо рассмеялась, и Рейвен схватила меня за руку, распахивая дверь.
― Что? Устроить вечеринку без тебя? Это было бы просто невежливо.
― Очень грубо. ― Нолан сказал это, решительно вздернув подбородок.
Рейвен взяла Нолана за руку и потащила нас обоих за собой.
― Раз уж ты упомянул вечеринку, думаю, это именно то, что мы должны устроить.
― Потому что у меня такие же умные мысли, как у моего папы? ― спросил Нолан, подпрыгивая с каждым шагом, его очаровательные кудряшки развевались вокруг головы.
― Да, черт возьми, у тебя такие же прекрасные идеи, как у твоего отца. ― С озорной ухмылкой на губах она перевела взгляд на меня. ― Ну, знаешь, например, привести сюда тебя.
ГЛАВА 30
Ривер
Я толкнул дверь гаража и увидел, что в моем доме творится какой-то беспредел.
Хотя причиной стало не зло или беззаконие.
Не-а.
Не было никаких сомнений, что этот беспорядок ― заслуга моей младшей сестры. Надо было хорошо подумать, прежде чем оставлять ее без присмотра.
Из встроенных динамиков гремела музыка Тейлор Свифт, перемежаясь взрывами смеха.
Рейвен.
Нолана.
Я был уверен, что и Чарли тоже. Этот знойный звук пронесся по воздуху и устремился ко мне.
Он ударил меня прямо в грудь, когда я обогнул угол и вошел на кухню, где обнаружил их троих, танцующих и веселящихся, словно чокнутые.
Нолан лежал на земле и кричал:
― Смотрите на меня! ― крутясь на заднице, ― это было его фирменное движение, а моя сестра кружилась с поднятым над головой бокалом красного вина, напевая:
― Давай, Нолан, давай, Нолан, давай!
И, черт побери... Чарли смеялась, хихикала и выглядела просто очаровательно, когда принимала участие в этом нескладном танце, стараясь попадать в ритм, но совершенно не справляясь.
Она все еще была в своей розовой униформе, которая не должна была выглядеть сексуально, но неизменно посылала электрический разряд прямо в мое нутро.
Моя сестра схватила Чарли за руку, пытаясь раскрутить ее, но они запутались, когда Чарли попыталась пригнуться достаточно низко, чтобы поднырнуть под руку моей сестры.
Расхохотавшись, Рейвен отшатнулась в сторону, как будто уже выпила целую бутылку вина, а Чарли захихикала, когда ее увлекли за собой.
Ее улыбка была широкой и сияющей.
Мое сердце сжалось, такое же, блядь, непослушное, как и мой член, тут же напрягшийся от этого вида.
Нолан первым заметил меня, вскочил с пола и вскинул руки над головой.
― Эй, йоу, папочка! Ты уже здесь? У нас танцевальная вечеринка, так что лучше тащи сюда свою задницу.
Услышав приветствие Нолана, Рейвен повернулась в мою сторону, на ее лице боролись настороженность и радость.
― Правильно, тащи сюда свою милашку и присоединяйся к нам!
Она повертела бедрами, расплескав немного вина из бокала на пол.
Я сердито посмотрел на нее с того места, где стоял у входа.
Она знала, что этого дерьма не будет. Я не танцевал.
Чарли замедлилась и почти остановилась, глаза цвета корицы чуть расширились, карамель расплавилась. Казалось, они не могли оставаться на месте и совершали небольшую прогулку по моему телу, словно она забыла, как я выгляжу, за то короткое время, что я отсутствовал.
― Да ладно тебе, Ривер, ― заныла Рейвен, словно думала, что ее маленькое надутое личико действительно убедит меня начать танцевать на моей кухне.
Я снова хмыкнул, опуская на столешницу пакеты из китайской закусочной.
― Даже если он не хочет танцевать с нами, тетя, он, по крайней мере, принес еду, а у нас должна быть еда, если мы собираемся устроить вечеринку. ― Это был мой ребенок. Всегда заступался за меня.
― Думаю, он должен быть хоть на что-то годен. ― Рейвен сказала это со всей своей дерзостью, продолжая покачивать бедрами, в то время как Чарли просто раскачивалась взад-вперед, как будто была поймана в ловушку на своем месте.
Рейвен застонала и потянулась к телефону, который она оставила на стойке, чтобы выключить музыку.
― О, прекрасно, я вижу, что танцевальная вечеринка официально закончилась, раз вы двое просто стоите и пускаете слюни друг на друга.
― Ты пускаешь слюни, папа? ― Нолан посмотрел на меня, не понимая, на что намекает Рейвен. ― Ты, наверное, очень проголодался.
Я не мог оторвать своего взгляда от девушки, которая так и осталась стоять на том же месте с кожей, раскрасневшейся от танцев и вина, и губами, все еще припухшими от моего поцелуя.
Да. Я был чертовски голоден.
― О, он точно проголодался, все верно. ― Преувеличенно повторила Рейвен, ее пристальный взгляд был устремлен на меня, когда она пересекла кухню и принялась доставать тарелки из шкафа.
Я даже не удостоил свою младшую сестру взглядом.
― Ну, я определенно проголодался, ― воскликнул Нолан, подскочив к пакетам с едой. Держась за край столешницы, он попытался подпрыгнуть достаточно высоко, чтобы увидеть, что внутри. ― Что ты мне принес?
Наконец заставив себя взять под контроль безумную реакцию, которую девушка вызывала у меня, я повернулся, чтобы начать выгружать белые контейнеры с едой на вынос.
― Твое любимое, конечно.
― Апельсиновый цыпленок5? ― С таким же успехом он мог выиграть миллион баксов, так он это прокричал.
― Ага.
Он бросился ко мне, и полностью обхватил руками и ногами мою ногу, после чего повис на мне, как на тренажере в джунглях. Он откинул голову назад, глядя на Чарли.
― Я же говорил, что у меня самый лучший папа на свете, мисс Чарли. Правда, он не захотел дарить мне щенка, но ты мне его подарила, так что теперь у меня есть все, что мне нужно.
Боже. Как этот малыш заставляет мое искалеченное сердце биться.
― Да, я вижу, у тебя очень хороший отец. ― Чарли пробормотала это своим хрипловатым голосом, полным эмоций, и, черт возьми, я не знал, как справиться с тем, что она просто стоит на моей кухне. Находится здесь, в моих стенах.
Я никогда никого не приводил к себе домой. Ни разу. Это было наше безопасное место. Эти стены защищали только тех, кто значил для меня больше всего.
И моим инстинктивным побуждением было привести ее сюда.
Я сглотнул, отказываясь придавать этому слишком большое значение, и вместо этого слегка потряс ногой.
― Ладно, малыш, садись, а я сейчас все принесу.
Он спрыгнул и побежал к большому острову, где мы всегда ели.