― Ривер любит диснеевские фильмы больше, чем кто-либо из нас. Он никогда в этом не признается, но он просто большая мягкая булка.
Его темные глаза прищурились.
― Во мне нет ничего мягкого.
Хихикая, она подошла к нему, неся в руках тарелку и вино, и поцеловала в макушку.
― Ничего, кроме твоего теплого сердца.
Еще одно ворчание.
Она рассмеялась громче, почти истерично.
― Видишь. Такой чувствительный.
На его лице промелькнуло раздражение, и я попыталась скрыть смех, который подкатил к горлу.
― Смотри у меня, ― сказал он. Это предупреждение предназначалось мне, лишив мои легкие воздуха.
Рейвен снова захихикала, получая огромное удовольствие от этого зрелища.
― Ладно, я сейчас быстро закину тарелки в посудомоечную машину, а потом мы займемся этим делом.
― Да! ― крикнул Нолан, вскочил на ноги и спрыгнул с табурета, приземлившись с глухим стуком. ― Давайте сделаем это!
― Нолан, ты знаешь правила. Никаких прыжков с мебели. Ты забыл, как в последний раз упал и выбил себе зуб? ― спросила Ривер, вытирая рот салфеткой.
Нолан пожал плечами.
― Ну, в тот день я познакомился с моей мисс Чарли, так что, думаю, оно того стоило. Ведь в этом и заключается любовь, правда, папа? Жертвовать собой? Мой папа говорил мне об этом.
Малыш посмотрел на меня.
У меня болел живот.
У меня болело сердце.
У меня болело все тело.
Болело самым лучшим образом.
Боже. Я вела себя как идиотка. Так уютно устроилась. Вела себя так, будто могла занять место в их жизни.
Хихикнув, Рейвен подняла брови и взглянула на Ривера.
― И как ты собираешься с этим спорить?
Ривер, качая головой, встал и начал собирать пустые лотки, ― этот крупный мужчина стоял рядом со мной, мускулы на его руках напряглись, когда он перегнулся через меня, чтобы дотянуться до лотка в центре островка.
Его грудь коснулась моего плеча.
Мне хотелось повернуться и уткнуться лицом в его футболку. Вдохнуть его запах. Кожу, чернила и порочность.
― Парень ― мастер манипуляции, это точно, ― проворчал он.
Нолан цокнул языком.
― Эй, папа, ты должен знать, что мне просто нужно было сказать важные вещи.
Из груди Ривера вырвался смешок, теплый и наполненный обожанием.
― Да, дружище, похоже, тебе просто нужно было сказать что-то очень важное.
Ривер обошел остров, выдвинул ящик для мусора и начал выбрасывать туда лотки, а Рейвен стала складывать тарелки в посудомоечную машину.
Я встала, подошла к Рейвен и слегка толкнула ее, чтобы она подвинулась.
― Давай помогу.
Она посмотрела на меня, и на ее милом лице заиграла самая мягкая улыбка.
― Я же говорила. ― Слова прозвучали тихо.
Я нахмурилась.
Она наклонила голову.
― Что мы ― это то, чего тебе не хватало.
Двадцать минут спустя кухня была убрана, а попкорн приготовлен.
Очевидно, единственное, о чем Риверу нужно было позаботиться, когда он уезжал, ― это зайти в мою квартиру, чтобы убедиться, что там никого не было, хотя он вернулся с сумкой, полной моих вещей.
Я не знала, сердиться ли мне за этот явный перебор ― вторжение в частную жизнь ― или испытывать благодарность, хотя могу с уверенностью сказать, что это меня не удивило.
Он был не из тех, кто играет по правилам.
Я поднялась наверх, в гостевую комнату, которая, как он сказал, будет моей столько, сколько понадобится, и переоделась в спортивные штаны и майку, после чего спустилась вниз.
Рейвен тоже переодевалась в своей комнате.
Нолан прижимал к груди большую пластиковую миску, его маленькие ручки едва могли обхватить ее.
― Все готово! Я выбираю фильм.
― Ты всегда так делаешь, ― пробормотал Ривер у меня за спиной, хотя в его тоне не было никакого раздражения, только та грубоватая поддержка, которую он, казалось, всегда проявлял, когда дело касалось ребенка.
― Папа, ― протянул Нолан с многострадальным вздохом. ― Я думал, мы уже выяснили, что у меня действительно хороший вкус.
Меня охватило веселье, когда я вышла вслед за Ноланом из кухни. Полы были прохладными для моих босых ног, а последние остатки света поглощала тьма, ползущая по небу.
Я была удивлена, когда Нолан обогнул огромный диван в гостиной и пошел дальше по коридору, ведущему на другую сторону дома, к двойным дверям слева.
― Открывай, папочка, ― крикнул он, выставив вперед ногу, так как обе его руки были заняты попкорном.
― Да, сэр, ― поддразнил Ривер, и его темные глаза сверкнули, когда он повернулся и окинул меня взглядом. Он открыл дверь и отступил в сторону.
Нолан вбежал внутрь и обернулся, чтобы окатить меня своим восторгом.
― Посмотри, мисс Чарли! У нас есть собственный кинотеатр. Что скажешь?
Конечно, это был не совсем кинотеатр, но выглядело впечатляюще.
Огромный черный кожаный диван стоял перед гигантским экраном, занимавшим всю стену справа от нас, а на полу перед ним беспорядочно валялись шесть мягких мешков, которые выглядели так, будто были рассчитаны на двоих. Повсюду были разбросаны подушки и одеяла.
На стенах висели постеры фильмов.
Всех мультфильмов.
Нолан уже направился к дивану, как вдруг резко обернулся.
― Ой, подождите, я забыл кое-что очень важное.
Он направился в мою сторону, потряхивая попкорн в миске.
― Подержи это для меня всего одну минуту. Я скоро вернусь.
Он сунул мне в руки миску, а затем молниеносно скрылся за дверью, и я услышала топот его маленьких ножек, когда он поднимался по деревянной лестнице на второй этаж.
Атмосфера изменилась, и я почувствовала присутствие Ривера за моей спиной. В ту секунду, когда мы остались одни, его аура расширилась и поглотила меня.
Темная фигура, возвышающаяся надо мной.
Я осторожно обернулась, чтобы посмотреть на него, пытаясь унять волнение, которые пронеслось по мне от одного его вида.
Он стоял в дверном проеме, плечи были такие широкие, что почти касались его. Его выражение лица было одновременно свирепым и мягким.
― Как ты себя чувствуешь? ― спросил он все тем же хриплым голосом, заходя в тускло освещенную комнату.
От стука его ботинок вибрировал пол и дрожь волнами прокатывалась по мне.
― Лучше.
Его штормовые глаза пробежались по мне, словно в поисках доказательств.
― Хорошо.
Как одно это слово могло заставить меня дрожать, я не знала.
― Ты что-нибудь нашел, когда заезжал в мою квартиру? ― спросила я.
У нас не было возможности обсудить это. Когда он отвел меня наверх, в гостевую комнату, он рассказал мне лишь самые общие подробности, потому что с нами был Нолан.
Его вздох был тяжелым.
― Нет. Никаких чертовых следов.
Я прикусила нижнюю губу, не уверенная, стоит ли мне радоваться этому или волноваться. Но быть здесь? В безопасности его стен? Страх, пережитый сегодня днем, казался далеким.