Спустя месяц Наташа официально развелась. И вместо стереотипной попойки пригласила меня в дорогущий ресторан.
— Могу себе позволить, развожусь впервые. Ты-то наверняка свой развод не отмечала, вот и оторвемся за двоих, — напускной веселостью она маскировала грусть в глазах.
Они с Леонидом расстались красиво — без претензий и на дружеской ноте. Оба устали бороться. Так бывает. Когда иссякаешь. И видишь один правильный выход.
Было тоскливо. Но мы бодрились шикарной живой музыкой, вкуснейшими блюдами и размеренным разговором.
— У меня, кстати, через две недели истекает срок абонемента. Я не буду продлевать, — поведала невзначай.
— А я просто брошу, — подруга пожала оголенными изящным плечами, сегодня она красовалась в роскошном черном бандо, — я туда начала ходить, чтобы разнообразить семейную жизнь и спасти ее. Теперь неактуально.
— А я… — усмехнулась печально, вспоминая предшествующее моему импульсивному поступку событие. — Хотела разозлить Аршама. Расплатилась алиментной картой, думала, выписка ему придет, он и примчится скандалить…
В двух словах описала тот день.
— И что это дало бы? — укоризненный взор сощуренных карих глаз, — давай заканчивай, обрубай этот блядский узел. Ты ж как неприкаянная… всё не отвяжешься от бывшего. Не спорь, — резким движением головы пресекала мою попытку возразить. — Вон тот солидный брюнет справа пялится на тебя второй час, а тебе хоть бы хны. Когда ты позволишь себе быть женщиной?..
Я оглянулась. Действительно. Мужчина. Брюнет. Солидный. Заискивающе отсалютовал бокалом.
— Мне это неинтересно, — отрезала, поджимая губы.
— А что тебе интересно?! Идиотка, ей-богу! Укуталась комплексами и давишь самооценку. Да мне б твою внешность — эти глазища выразительные, фигуру идеальную… И я этому Аршаму фору дала бы сразу после развода!.. Или его бы сама…
Наташа вдруг замолчала. На секунду. А следом взорвала мой мозг:
— Трахни его. Трахни своего бывшего мужа.
И впилась в меня горящим решительностью взглядом.
[1] Святая Рипсимэ — одна из первых христианских мучениц Армении.