Пять мусорных пакетов.
Я дотащила их до баков и выбросила с изощренным удовлетворением, ни секунды не сомневаясь в своем поступке.
Вернулась домой, убрала со стола, перемыла посуду, навела порядок на полках в спальне, провозилась с Артемом, отправив его в душ и проинспектировав готовность к завтрашним урокам. Словом, ударилась в привычный алгоритм, стойко избегая острых взглядов старшего сына.
Когда квартира погрузилась в ночную тишину, я вошла в спальню после ванной и упала на постель ничком. Будто всё это время действовала как заведенная под обратный отсчет. И как только сработал невидимый таймер, меня сломало. Час настал.
Я вцепилась зубами в уголок наволочки, чтобы не орать от лютого отчаяния, и рыдала, скрутившись в комок.
Три дня назад мой муж, боготворимый мною муж, обыденно сообщил о том, что подает на развод и уходит к другой женщине.
— Это жизнь, Сима, — говорил он прагматично, пока я сидела контуженным изваянием. — Просто наш брак себя изжил. Расстанемся спокойно, я вас и дальше буду обеспечивать, не беспокойся. Так бывает, ты же знаешь.
Не беспокойся? Так бывает? Семнадцатилетний брак вдруг себя изжил?
«Ты же знаешь»?
Да что я могла знать?!
Я не понимала, что за бред несет мужчина напротив. Потеряла с этой новостью не только дар речи, но и чувствительность. Мое существование продолжало течь своим чередом в онемении целых три дня, в голове билась мысль, что мне привиделся короткий безжалостный разговор, Аршам не мог так поступить.
А теперь реальность схлопнула меня — придавила чувством никчемности и страхом неизвестности. Я понятия не имела, как жить без мужа, если он и есть моя жизнь.
Раз он ушел, то и жизнь кончена.
Я не помнила себя без него и была уверена, что одна не выживу...
Дорогие читатели, история Симы непростая, вы сами понимаете. Тема не располагает к розовым пони и цветным радугам. Поэтому давайте договоримся на берегу: не забывайте, что это художественное произведение и умейте отделять личность автора от героев. Ругайте их на здоровье, они заслужили. Меня — ругать не надо, я тот самый пони, который старается ради нашего с вами удовольствия. И буду очень признательна вашей поддержке — лайкам, комментариям, наградам.
Технические моменты. В книге два вида глав — в настоящем времени и прошедшем, что будет видно сразу по названию: «Меня зовут Рипсимэ», «Когда меня звали Сима». Точно не запутаетесь, повествование тоже ведется в двух временах.
Глава 3. Меня зовут Рипсимэ
«Если мужчина думает, что он победил женщину,
то он просто дурак и не заметил,
как она обыграла его два хода назад».
Г. Олдмен
Однако за прошедшие семь лет я не только выжила, но и расцвела.
Плавно паркуюсь у швейного цеха, который мы гордо и любовно именуем мастерской. Рядом располагаются различные фабрики по пошиву одежды и обуви. К счастью, с ними дружим и не конкурируем. Как говорит технолог предприятия «Элина», ближайшего нашего соседа по территории, они трудятся, чтобы людей одеть, а мы — раздеть. Потому что мы — это молодой дерзкий бренд женского нижнего белья «Sillage».
Среди гигантов промышленной зоны у нас самое скромное по размерам здание. Всего два этажа. И самое нескромное — по содержанию.
Так любит шутить Наташа, создательница «Sillage» и главная муза. По совместительству — моя подруга детства, а теперь еще и партнер.
Собственно к ней я и направляюсь после короткой летучки, на коих Ната никогда не присутствует, потому как она — творческий сегмент, а я — организационный и финансовый. Мы даже базируемся в разных местах: я львиную долю времени провожу в городе, а мадам дизайнер предпочитает феячить в лоне своего детища на окраине. Для этого у нее имеется просторный личный кабинет.
Поднимаюсь на второй этаж и, лавируя между стройными рядами швейных машинок, издающих задорный рокот, прохожу к двери с красочным знаком «Не влезай! Убьет!». Раскрываю ее, попадая в пестрое логово, и стопорюсь, впечатленная предстающей сценой. Натали задумчиво сидит на полу аки печальный мим, а точнее — на рулонах тканей, и среди них я с беспокойством наблюдаю дорогущий шелк малбери, с которым уж точно не стоит обходиться так небрежно.