А насчёт полка, он сильно не беспокоился. Михаил Иванович должен был справиться — так как, по всему пути следования, были заранее приготовлены магазины со всем необходимым. Да и интендантскую службу он не зря гонял: выслушивая частые ворчания капитана Емельянова о том, что Юрий зря мучает его орлов. Мол у него и без того всё работает как Ростовские часы: дай бог каждому иметь в своём подразделении такой порядок. Хотя, как часто показывает жизнь, всего заранее не предусмотришь…
Остаток пути до Пскова проходил по реке Великой. Днём собирались миновать сам город крепость и его белокаменные стены — величественно стоящие на высоком правом берегу и впадающею в него Пскову. Благодаря ей крепость клином смотрела на север, Правда ещё на подходе к городу, за малым не вступили в бой с ополченцами — пронявшими дозор егерей за шведских лазутчиков. Слава богу, всё обошлось без жертв: если не считать несколько синяков, ушибов и вывернутых суставов рук; коими наградили Юрины бойцы особо ретивых защитников. Но и пару своих бойцов пришлось оставлять в городе — дожидаться подхода основных сил. Это постарался местный кузнец Сергей Кузнецов — этот богатырь: пока его скрутили, умудрился поломать одному спецу правую руку, а другому рёбра (хорошо, что не шеи). Вот он, когда всё прояснилось и приютил покалеченных им воинов, после того как им была оказана необходимая помощь.
Все неприятные моменты — объяснения, кто они такие, что здесь делают — проходили в палатах разрядного стола. При этой личной встрече с местным воеводой и дьяком: Гаврилов показал им необходимые царские грамоты. И всё равно, это отняло уйму времени и нервов и если бы не толстенные каменные стены, вся округа бы узнала, что думает про этих двоих странный гость. И каких нервов ему стоило заставить их оказывать должное содействие и почтение. Хотя плюсом в этой ситуации было то, что в конце «беседы» им безропотно поменяли лошадей и пополнили запасы провизии и настоятельно предложили проводника. Заодно и его бойцы, не тратя времени даром, сходили в баньку и впервые, за время марш-броска, расслабились и отдохнули в тепле. На прощанье, Юрий намекнул уважаемым горожанам: чтоб местные купцы готовились к поставке провизии, фуража и всего необходимого войску. Как только полки придут, это всё будет востребовано.
Поутру, отряд был снова в пути. Река Великая ушла влево, а отряд егерей продолжил движение в нужном ему направлении. Прокладывая путь по своим картам и подсказкам проводника. Который, в свою очередь не переставал восхищаться Юриным компасом и карманными часами. За что был вознаграждён — Тимофей подарил ему — Егору свои запасные часы, не преминув при этом сказать, что это наши — русские мастера делают такую красоту. Та как у проводника — молодого, низкорослого и при этом жилистого молодого человека, с всклокоченной чёрной бородой постоянно торчащей во все стороны, не было карманов: то он, тут же расстегнул свой старый, длиннополый тулуп и, положив хронометр в мошну, спрятал её за гашник.
— Только не забывай их заводить поутру. — Посоветовал Тима, наблюдая за стараниями Егора.
— Благодарствую, Тимофей Иванович. — С поклоном ответил охотник, приставленный к ним проводником. — Не извольте беспокоиться, всё буду делать, как вы мне наказали.
Но, несмотря на внешнюю простоту и бесшабашность, по его постоянно прищуренному взгляду, можно было понять — не до конца он доверяет пришлым. Поэтому, он незаметно прислушивался к их разговорам: время от времени удостаивал, кого ни будь мимолётным, настороженным взглядом — особенно темнокожих воинов. И чтобы не провоцировать его недоверие Юрий потребовал, чтобы все говорили только на русском. Так что Егор, часто слышал, как егеря частенько ругали шведского короля, которому всё неймётся. — «Сидел бы дурень дома, да на балах бы со своими придворными развлекался. А то, ишь что удумал — на нас войной пойти… Но ничего, мы ему покажем, где раки зимуют?…» Витальевич, видел насторожённость и подозрительность Егора и не подавал виду, что замечает это. Только аккуратно присматривал за ним — чтобы не начудил чего сдуру.
Когда достигли условленного места — где должна была пройти линия обороны. Гаврилов подозвал к себе Егора. Тот подъехал на своей пегой лошадёнке и, улыбаясь во все зубы, пристально посмотрел на Витальевича. Вроде и взгляд у проводника выглядит немного заигрывающим, а «просвечивает» не хуже чем рентген.
— Запомни это место Егор. — Юрий указал рукой прямо под копыта своей белой кобылки. — Сюда приведёшь мой полк и своих стрельцов. Мужиков прогоните — пусть землянок для воинов нароют, и некоторые укрепления помогут возвести. Ну, может, покуда обозники не проторят хорошей дороги: ты и караваны купцов сюда поводишь: за это будет тебе наша отдельная благодарность. А на сём, прощай братец, дальше мы уж сами, на шведских басурман капканы будем ставить. Так что поспешай.
— Лишь бы ты мужик не надумал следить за нами — поддавшись своему недоверию. Ведь без тебя дольше полки будут блукать — пока на нужное место не выйдут. — Думал полковник, провожая взглядом проводника. Тот, удаляясь, постепенно превратился в точку, а затем и вовсе, исчез, растворившись в снегах.
Стараясь, не тратить времени даром, егеря разбились на заранее составленные четыре группы, из которых, первую возглавил Юрий, вторую — Прохор Силеши, третью — Захар Зенауи, а четвёртую — Тимофей. После чего, каждая направилась к своему заранее оборудованному базовому лагерю. Двигались быстро но, не забывая про дозоры — на случай внезапной встречи со шведами. Хотя по пути следования, этого так и не произошло. Толи егерский отряд подошёл вовремя, толи враг, решил напасть не на Псков: а ударить по Новгороду и далее, двигаться на Боровичи. А может вообще: решил напасть где-то в другом месте. Так что, пока это была задачка, состоящая сплошь из одних неизвестных.
Достигнув дальней базы и расконсервировав её, Юрины бойцы, с ходу приступили к патрулированию ближайших дорог и промёрзших болот. Связист Фёдор — лопоухий, рябой, вечно улыбающийся здоровяк: незамедлительно наладил связь с другими отрядами. У них, тоже всё было спокойно. Только в группе Захара, была одна небольшая неприятность. Кто-то разграбил один из трёх, продуктовых схоронов: которые были расположены недалеко от его временного лагеря. Судя по всему, это произошло не так давно, ибо весь лес был затоптан. Заснеженные следы были даже на территории самой базы. Поэтому, всем было понятно, что не прошеные гости чего-то искали. Даже невдалеке от разорённого тайника, они выкопали пару ям: но к счастью больше, они больше ничего не обнаружили.
— Ну, ничего, пусть это будет плата за урок преподанный нам. — Подумал Гаврилов, выслушав доклад радиста, сидевшего тут же. — Зато в дальнейшем, мои соколы будут аккуратнее работать.
Этот разговор происходил в замаскированной землянке, в которой было относительно тепло и комфортно. Егеря постарались на славу: сухой пень — служивший крышкой люка; отвод скрытого дымохода; бревенчатые стены и потолок землянки — всё это было сделано добротно. И Юрий удивлялся, как они только умудрились сделать незаметно двенадцать таких укрытий. Незаметно для всех, рассредоточив такие постройки по всей территории. Хотя. Именно сейчас стало ясно — куда Йикуно отправлял большую часть плотницкой артели Егорши. Этот русый мужичок, с уродливым шрамом через всё лицо: работал ещё над созданием зимних укреплений на Бахмутской дороге. А затем принимал активное участие в возведении основных строений в Берберовке. Надо признать, что везде, где были эти артельщики, они работали споро и качественно. Правда, при этом, умудрялись без ущерба для стройки экономить на всём.
Всё эти отстранённые размышления были окончены, как только в укрытие явился Силантий Иванов. Сначала в открытый люк пахнуло морозной свежестью и землянку осветило дневным — ярким светом. Затем, по вертикальной лестнице быстро спустился боец — в белом бесформенном комбинезоне. И без предварительного формального доклада обратился к Юрию:
— Командир, во втором квадрате замечен шведский конный дозор! — Его лицо буквально святилось от радости. — Мы его пропустили. Ну а я, сразу, прямо сюда.