— Уходи, пока я не вызвал полицию.
Чёрт возьми, этот парень должен был быть ростом минимум два метра, вид у него был знакомый. Он встал нос к носу со мной и с Исайей. От него разило алкоголем. Его глаза нервно скосились, а тело дёрнулось.
— Он под наркотой, чувак, — сказал мне Исайя.
Шикарно. Ночь перешла из разряда «лучшей» в «плохую» и в «Пилу» за рекордное время. Мужчина повернул кольцо на пальце. Оно было необычным — это чёртово кольцо Суперкубка.
— Вперёд, вызывай. Все меня любят. Я не попаду в тюрьму.
— А не тот ли ты придурок, которого вытурили из команды неудачников в паре часов езды отсюда? — сказал я, пытаясь отвлечь его от дома.
Он пару раз моргнул, будто его разлагающийся мозг понял на три секунды, что 110-ти килограммовый полузащитник не должен заводить драки с шестнадцатилетней и её двумя друзьями-наркоманами.
— Я устал от этой херни, друг, — прошептал мне Исайя за секунду до того, как кинулся вперёд и ударил ублюдка в челюсть. Сила удара свалила бы меня наземь, но этот парень просто повернул голову. Чёрт возьми, всё это было жутко отстойно.
Придурок поднял кулаки, чтобы дать сдачи, но оказался на земле, когда я схватил его за колени. У меня была мимолетная мысль, что стоит поблагодарить моего тренера, мистера Грейвса, за три недели инструктажа по футболу.
Я откатился прежде, чем он успел нанести удар. Исайя подошёл слишком близко, и мужчина выбил у него землю из-под ног, а затем врезал по почкам, когда тот упал вниз.
Крики мамы Бет безумно раздражали.
Качок встал одновременно со мной, и я врезал ему по почкам до того, как у него появился шанс пнуть Исайю, который лежал на земле и пытался отдышаться. Наш соперник повернулся и махнул рукой, целясь мне в голову, но я увернулся и врезал ему в живот. Он застонал и покачнулся, но остался на ногах.
Мне нужно было уложить на землю этого неудачника. Я попытался вновь подбить его снизу, но прицелился слишком высоко. Мои бока заболели, когда он ударил меня по рёбрам. Мы врезались в его машину, а Исайя встал и стукнул мужика кулаком по спине.
Тихую ночь нарушил выстрел. Мы с Исайей замерли. Я молился богу, чтобы ничего тёплого и мокрого не начало покидать моё тело, и я имел в виду не мочу.
— Скай, забирай свой мусор и валите, это моя собственность, — сказал Дэйл удивительно спокойным голосом. Он стоял на передних ступеньках, в его руках покоилось охотничье ружьё. — Мальчики, вы в порядке?
— Отлично, — сказал Исайя сквозь стиснутые зубы.
— Лучше не бывает. — Чёрт, мои костяшки гудели.
— Заходите в дом, пока Бет не закатила истерику, — сказал Дэйл.
Я оттолкнулся от «Бимера» и изо всех сил постарался не споткнуться по пути в дом. Исайя пошёл рядом со мной.
— Мог бы и предупредить, что мы будем драться с футболистом НФЛ18.
— Это бы тебя остановило?
— Нет.
— Меня тоже. — Наш смех эхом раздавался в ночи.
***
Бет выплакалась и заснула… на руках у Исайи.
Я лежал на диване и смотрел какой-то фильм 80-х годов по телевизору.
Звук был таким тихим, что я где-то с час не мог понять, кто что говорил. Мои рёбра болели, костяшки зудели, но чёрт, было хорошо.
Дэйл и Ширли сказали Скай никогда не возвращаться, и что Ширли завтра заберёт вещи Бет. У этой парочки были свои недостатки, но в душе они были хорошими людьми.
Бет хныкала, переворачиваясь во сне. Исайя успокаивал её приглушёнными словами и гладил по волосам. Она крепче обняла его за грудь и практически залезла на него. Исайя продолжал гладить её по спине.
— Как давно ты втрескался в неё, друг? — спросил я Исайю.
Тот упёрся головой в стенку.
— Давно. Боялся сказать ей, но теперь… Я не могу продолжать позволять ей быть с парнями, которые просто используют её, или молча смотреть, как она идёт к маме, когда ей нужно почувствовать себя любимой. Что мне делать, мужик?
— Не того парня спрашиваешь. — Что я знал о любви?
Всё, что я знал, так это то, что Эхо Эмерсон не выходила у меня из головы.
Без сомнений, я хотел её. Я не мог избавиться от фантазий, как её тело будет извиваться от удовольствия под моим. Голос этой сирены, шепчущий моё имя. Но она привлекала меня не только в физическом плане. Я любил её улыбку, свет в её глазах, когда она смеялась, как она справлялась с моими нападками.