— Ной. — Она ахнула. — Мы сделали это. Мы починим его машину. О, Боже, Ной… — Она вскинула руки мне на шею и прижалась головой к плечу.
Я замер. Обнял её — мягкую и тёплую, — закрывая глаза, наслаждаясь покоем, который принесла мне Эхо. Жизнь была бы почти замечательной, если бы я чувствовал себя так всё время. Я уткнулся подбородком ей в макушку, благодарно поглядывая на Исайю. Он кивнул и перенёс вес с одной ноги на другую, мельком взглянув на Бет.
Она схватилась рукой за горло, её лицо побледнело в неверии.
— Исайя, я… — Она попятилась на два шага, прежде чем повернуться и сбежать.
— Бет! — Исайя кинулся за ней. Дверь гаража хлопнула за ним.
Используя руки как оковы, я держал Эхо прикованной к себе, когда она отодвинула голову от моего плеча.
— Что случилось? — спросила она.
«Мои проблемные друзья портят мой момент».
— Исайя влюблён в Бет и не хочет в этом признаваться, а Бет вообще не жаждет любви. По крайней мере, не от парня, которого считает лучшим другом. Но твоё объятие немного взбесило её.
— О. — Она разомкнула руки на шее и оттолкнулась от моего тела, но я не был готов её отпустить — пока нет.
— Ной?
— Да?
— Я, в принципе, закончила тебя обнимать.
Я неохотно отпустил её. Один шанс. Один грёбаный шанс. «И какого чёрта я теперь должен делать? Чего я хочу?» Эхо. Ощущать её тело, прижатое к моему, чувствовать её заманчивый запах, позволять ей доводить меня до состояния, когда всё вокруг забывается, кроме неё.
Она собрала учебники в сумку и спросила то, что крутилось в моей голове.
— Что между нами происходит?
«Я не знаю». Я потер лицо ладонями, прежде чем взглянуть на неё. Намёк на её декольте выглядывал из-под футболки. Чёрт, она была сексуальна. И я очень её хотел. Будет ли достаточно одной ночи, даже если она подарит её мне? Эхо уже была моим тяжёлым наркотиком. Таких я намеренно избегал: крэк, героин, амфетамин. Таких, которые играют с твоим разумом, прокрадываются в кровь и делают тебя беспомощным, бессильным. Если она отдастся мне, смогу ли я отпустить её, или буду затянут в эту черную пелену, с крючками в коже, приговорённый к смерти эмоцией, которую я хранил для братьев — любовью?
— Я хочу тебя.
Эхо застегнула сумку и кинула её в дверь к дому.
Сумка с глухим стуком ударилась о дерево и сползла на пол.
— Да? Правда? Ведь мои шрамы такие сексуальные.
Такой она себя видела?
— Мне плевать на твои шрамы.
Девушка резко направилась ко мне, качая бёдрами из стороны в сторону, её глаза потемнели от гнева. Эхо прижалась своим телом ко мне, идеально подходя. Я выругался себе под нос, борясь за контроль над собой.
— И как же ты отреагируешь, когда мы будем так близко, и ты снимешь мою кофту? Всё ещё будешь хотеть меня, когда увидишь красные и белые полосы? Или будешь дёргаться каждый раз, когда случайно прикоснёшься к моим рукам и почувствуешь выпуклую кожу? А когда я прикоснусь к тебе?
Она отошла от меня, оставляя меня в холоде, после тепла её тела.
— Или запретишь это? Будешь указывать мне, как одеваться и что мне можно снимать?
Её ярость лишь подкармливала мою.
— Последний раз говорю, мне плевать на твои шрамы!
— Лжец! — рявкнула она. — Единственный вариант, при котором любому будет действительно плевать, это если он будет любить меня. Правда любить, достаточно, чтобы не обращать внимания на мои изъяны. Ты не любишь девушек. Ты занимаешься с ними сексом. Так как же ты можешь хотеть быть со мной?
Она идеально подвела мои итоги. Я не любил людей — только братьев. Эхо заслуживала большего. Кого-то лучше меня. «Один шанс. Воспользуйся им или иди домой». Поцелуй её и рискни проявить привязанность, или оставь её и наблюдай, как какой-то другой парень наслаждается тем, что могло быть твоим.
21 — Эхо
По окончанию школы я планировала нарисовать мемориальную доску для миссис Коллинз «Терапия — отстой». В бело-розовый горошек, чтобы подходила к занавескам на её окнах.
— Прости, что пришлось поменять время нашей встречи и забрать тебя с бизнес-технологий. Конференция в Цинциннати была просто сказочной! Ты готова к завтрашним танцам в честь Дня Святого Валентина? Когда я была подростком, наши танцы проходили по пятницам, а не по субботам. — Миссис Коллинз начала рыться в растущей стопке документов и папок на столе в поисках моего файла. Как она могла положить его не на место? Благодаря её обильным заметкам, моя трёхдюймовая папка выросла до четырёх.