— Это не ради них. А ради моего соцработника и тех выскочек, их приёмных родителей. Всё, что я говорю и делаю, будет оцениваться. Мне нужно, чтобы они видели во мне добропорядочного гражданина. — Чтобы они доверили мне двух самых важных людей в моей жизни.
— Так… — Парень переглянулся с Бет. — Что происходит между вами с Эхо?
Утюг заклокотал, когда девушка поставила его на доску. Она осмотрела рубашку, не пропустила ли какую-то складку, прежде чем вручить её мне.
— А как же «чисто деловые» отношения? Знаешь, когда в дело не вступали эмоции и похотливые мыслишки?
Я натянул рубашку. Тепло от глажки помогло мне облегчить напряжение в шее.
— Ничего не изменилось.
Бет устроилась рядом с Исайей, кладя голову ему на плечо.
— Тогда что произошло вчера?
Мне было сложно смириться с упрёками короля и королевы отрицания. Исайя и Бет жили в странном мире, где было непринято выставлять свои чувства напоказ, но эти двое явно тяготели друг к другу. Я нутром чуял, что в один день обнаружу их голыми в постели.
— Эхо удалось заглянуть в мою папку и найти фамилию приёмных родителей братьев. Я не в силах дать ей нормальных отношений, но могу предложить дружбу. Только настоящий друг мог пойти на такое.
— Или влюбленная девушка, — буркнула Бет.
Я влез в туфли и завязал шнурки. Был ли у меня больше чем один шанс? Моё прошлое говорило об обратном, но с того момента, как Эхо вошла в мою жизнь, со мной начали происходить чудеса.
— Как бы вы отреагировали, если бы я начал встречаться с ней?
Подруга фыркнула от отвращения.
— Купили бы клей для твоего разбитого сердца. Посмотри, сколько всего ты для неё сделал, и куда в итоге она идёт сегодня вечером? На танцы с королём Люком, а не с тобой.
Образ этой макаки с руками вокруг неё разгорячил мою кровь до температуры лавы. Я подавил свои эмоции. Единственной моей заботой были братья, и если я не подниму сейчас свою задницу, то опоздаю к ним на встречу.
— Увидимся позже.
Бет крикнула мне вслед:
— Скажи им, что тётя Бет их любит!
Я прошел мимо Дэйла и Ширли, обедающих и не признающих моего существования. Когда Тайлер и Джейкоб переедут ко мне, наша жизнь совсем не будет похожа на нынешнюю. Мы будем общаться каждую чёртову минуту. Я буду знать обо всём, что происходит в их жизни.
Когда я вышел наружу, моё свежевыбритое лицо стало покалывать от февральского воздуха.
— Эй! — крикнул из дому Исайя, следуя за мной. Он потянул за свою сережку, прежде чем заговорить:
— Слушай, чувак, я всё понимаю. Мы ни к кому не привязываемся. Стоит нам начать зависеть от чего-то или кого-то, как система вырывает это из наших рук. Но Эхо вне системы, приятель. Она девушка, которая вчера фигово себя чувствовала, но всё равно последовала за тобой, когда мы решили, что тебе стоит вести себя как придурок, вместо того, чтобы быть её другом.
Я провёл рукой по волосам, а затем вновь взъерошил их так, чтобы они лезли в глаза.
— Бет права.
— Бет не может объективно оценивать ситуацию. Если когда-нибудь скажешь ей, что я тебе это рассказал, ты покойник. Летом перед десятым классом Люк переспал с ней. Она вправду верила, что этот мудак любил её. Чувак, она была девственницей. Но после он ни написал ей, ни позвонил, ничего. Мы с тобой тоже те ещё козлы, но хотя бы не скрываем этого. Девушки не ждут от нас объятий или звонка.
У меня и раньше был повод надрать Люку задницу, но теперь появился ещё один. Бет была мне сестрой, плевать на кровные связи.
— Какое отношение это имеет к Эхо?
— Популярные мрази — у Бет они эквивалентны системе. Соцработники и судьи превращают нашу с тобой жизнь в ад. Люк и Грейс – это её монстры. Эхо и Люк были легендарной парочкой, когда мы учились в девятом классе. Она верит, что Эхо такая же, как и он.
— Но это не так, — сказал я, садясь в машину. Желание защитить девушку от всех наклёпов бурлило в моих венах.
Судя по тому, как Исайя повержено сжал челюсть, он уже говорил об этом с Бет. Парень направился к дому.
— Знаешь, ты выглядишь так, будто собираешься на танцы.
Я показал ему средний палец и выехал со двора.
***
К моему удивлению, я обнаружил миссис Коллинз в комнате ожидания, сидящей в блестящем чёрном платье до колен. Обычно мне была ненавистна мысль, что мы с ней находимся на одном континенте, но сегодня? Плевать. Через пять минут я увижусь с братьями.
— Как оно, миссис Коллинз?