― Почему ты так поступил?
Кейн пожал плечами.
― Потому что не мог придумать лучшего оправдания. Но, наверное, я не должен был лгать. Я должен был остаться с ней. Черт, я мог бы жениться на ней. Возможно, у нас были бы дети. Возможно, я был бы счастлив. И, возможно, я не был бы на стоянке той ночью. На меня бы не напали. И ты могла бы ненавидеть кого-то другого.
Айден изучала его взглядом. Зелень его глаз гипнотизировала, будто она могла заглянуть прямо в его… душу. Она вздрогнула. «Никогда не смотри в глаза. Глаза ― зеркало души, а эта душа будет уничтожена».
― Да ты чертов манипулятор, в курсе?
Кейн улыбнулся и покачал головой.
― Почему я здесь? И не говори мне: потому что тебе нравится смотреть, как страдают бедные халфлинги. Я так понимаю, что я у тебя первый.
Она заколебалась, но только на секунду. В конце концов, чем, черт возьми, это может повредить?
― Ты хочешь узнать основную причину, по которой я привела тебя сюда? ― она взглянула в окно и снова повернулась к нему. ― Хорошо. Ты был запечатлен. И когда ты схватил меня за руку на лестничной площадке той ночью… ― она провела тыльной стороной руки по носу, ― я что-то увидела.
― Что?
― Воспоминания. Людские воспоминания.
Кейн нахмурился.
― И ты это увидела, когда я схватил тебя за руку?
― Именно так это работает.
― Прости мое невежество, ― он поерзал на кровати. ― И как именно это работает?
Она сделала глубокий вдох.
― Когда тебя кусают, иногда передаются воспоминания. Воспоминания о жертвах.
― И ты смогла увидеть их? ― его брови нахмурились, словно в смущении. ― Во мне?
― Да.
― Какие воспоминания ты увидела во мне?
Она провела рукой по лицу.
― Неважно. Это не имеет значения.
― Это имеет значение. Ты видела что-то, что тебя заинтересовало, ― он вытянул руку и почесал голову. ― Полагаю, поэтому я все еще жив.
― Угадал, ― Айден приподняла лицо и запустила руки в волосы.
― Что ты видела?
― Девушка, ― сказала она, не поднимая глаз. ― Сидит на тракторе в поле. Идет в школу. Целуется с мальчиком. Свадьба, ― она потерла голову и вскинула бровь, словно раздраженная этими мыслями. ― Они прошли так быстро, я не могу вспомнить все.
― Ты видела это у меня?
― Да. Ты схватил меня за руку, и все эти чертовы образы заполнили мой мозг.
Кейн шумно выдохнул.
― Что ж, отвечаю, это точно не мои воспоминания.
Айден пристально смотрела на свои пальцы, беспокойно заерзав.
― Они были… любопытными. Как смотреть домашнее видео о чьей-то жизни.
Он нахмурился.
― Почему тебе это интересно?
Ее внимание снова обратилось к нему.
― Ты задаешь много вопросов, ликан.
― Кейн. Меня зовут Кейн, ― он согнул колени и положил на них локти. ― Что это значит? Не то, чтобы я собирался выболтать ваши секреты. Помнишь, ты отрубишь мне голову меньше, чем через неделю? И, по-видимому, в ближайшее время я не пойду за пивом с твоими приятелями-демонами.
Еще секунда размышлений, прежде чем она вздохнула.
― Какого черта, ― она отвела взгляд от него и снова сосредоточилась на своих руках. ― Все мои воспоминания были стерты, кроме одного. В ту ночь на меня напали. Я даже не помню всю ночь. Только несколько мгновений почти перед смертью. Когда я чувствовала его жаркое дыхание. Чувствовалаего зубы в спине.
Глаза Кейна расширились.
― Ликана?
― Полагаю, не нужно быть психиатром, чтобы понять, почему я ненавижу твой род, ― она прищурилась на него. ― Я не помню всех деталей. Все, что я помню, как лежу лицом вниз, ― ее руки начали дрожать, и знакомая ненависть взметнулась откуда-то из желудка, ― пока этот гребаный паразит жрал меня.
Выражение ужаса на лице Кейна заставило ее отвести взгляд.
― Прости, ― пробормотал он.
Айден бросила на него невидящий взгляд.
― Мне не нужна твоя хренова жалость, волк, ― ее взгляд вернулся к рукам.
― Но как ты…
― Выжила? Не превратилась в одного из вас? ― процедила она сквозь стиснутые зубы. ― Я одна из немногих, у кого есть антитела к яду ликан. И мои были сильны. Поэтому в отличие от большинства, кто превратился или погиб после первого укуса, я все время была в сознании.
Она задницей чувствовала, что не должна была так много рассказывать ему. Зачем? Ответ просто не укладывался в ее голове. Будто он наложил на нее какое-то заклинание, из-за чего она вдруг захотела раскрыть свои темные тайны. Черт возьми, было даже хуже, чем просыпаться с совершенно незнакомым человеком.