Калла подняла колени и прижалась к ним лицом, когда у нее снова вырвались слезы и всхлипы.
Все остальные за столом притихли, в том числе и смутившаяся Айден.
― Калла? Ты как? ― Айден потянулась, чтобы прикоснуться к ней, но заколебавшись, отдернула руку обратно.
Калла покачала головой.
― Он… нехорошо поступил со мной.
Айден закусила губу. Как единственная женщина в комнате, она чувствовала обязанность успокаивать Каллу. Она положила руку на спину девушке и тихо проговорила:
― Не хочешь выйти со мной, Калла?
Калла кивнула и вытерла слезы на щеках, вставая со стула. Она последовала на кухню и села на один из табуретов, куда указала Айден.
― Он причинил тебе боль? ― сказала Айден.
― Никакого секса, ― фыркнула Калла, ее взгляд был опущен. ― Но да. Он… заставлял меня делать кое-что.
Айден закрыла глаза, когда отвращение забулькало в груди. Ее рука невольно похлопала кинжалом по боку.
― В сексуальном плане.
Калла молча кивнула.
― В его камерах?
Когда Калла кивнула во второй раз, сердце Айден упало. Однажды ее позвали в камеру Уэйда. В ту же ночь она покинула Алекси. Мысли о той ночи оставались такими пугающими и отвратительными, что только они и преследовали ее в первый год после того, как она ушла. Цепи, хлысты, странные устройства, как использовать которые она не могла понять.
Садистские.
Всегда за запертой дверью.
Айден отказалась от этого и ночью сбежала.
Мышцы ее живота дрогнули при мысли о том, что кто-то, такой невинный, как Калла, развлекал его в той приватной, интимной обстановке.
― Он сказал мне, что сбросит моего брата где-нибудь посреди Детройта и отдаст его волкам. Айден, мой брат никогда не учился драться. Мы с Дрейвеном тайком учили его, ― сказала она сквозь слезы. ― Уэйд отказался дать ему больше антител, чем необходимо для излечения после нападения. Он никогда не выйдет на улицу один.
Айден положила руку на плечо Каллы.
― Твой брат был твоей слабостью, Калла. Так Уэйд контролировал тебя. Он подпитывается слабостями других.
Черные стрелки подводки на глазах Каллы от слез стали расплываться и исчезать.
― Что он использовал против тебя?
― У него на меня никогда ничего не было. И я ушла прежде, чем он узнал, что сломает меня.
Калла закрыла глаза и снова наклонила голову, покачиваясь на табурете.
― Это как секта, да? ― ее голос, приглушенный коленями, был пронизан поражением. ― Мы убеждены, что такие хорошие и чистые. Но мы такие же злые, как ликаны, верно?
Верно ли?
― Мы начинали не с этого, Калла.
Она подняла голову, обхватив ее руками.
― Мне просто жаль, что я не помню, каково было быть хорошим человеком.
В голове Айден загорелась лампочка.
― Пойдем со мной.
***
Айден со следующей за ней по пятам Каллой прошли по коридору и поднялись по первым ступенькам лестницы. Айден глянула вверх как раз, когда на лестничной площадке появилась Аннабель.
Она несла вниз поднос, двигаясь медленно, словно пыталась не рассыпать пустые тарелки.
― У твоего аппетит становится все больше и больше с каждым разом!
Айден приостановилась, и Калла рядом с ней.
― Так ты его покормила?
― Надеюсь, все в порядке, мисс. Мне не хотелось бы думать, что кто-то в этом доме будет голоден. Ну, кроме гулей, ― усмехнулась Аннабель.
― Спасибо, да, все в порядке. Его пребывание здесь почти закончилось, ― Айден уклонилась от взгляда Аннабель. ― Через несколько дней его не будет.
Аннабель улыбнулась и обратила свое внимание на Каллу.
― А кто эта симпатичная леди?
― Калла. Моя подруга.
― И мастера Гэвина? ― этакое жеманное выражение вернулось на лицо Аннабель. ― Как интересно.
― Это не то, что ты думаешь, Анна, ― Айден изо всех сил старалась скрыть улыбку в голосе.
― Ну, хорошо, с вами было приятно познакомиться, милая.
― Мне тоже, ― тихо ответила Калла.
Аннабель спустилась вниз мимо них, тарелки позвякивали, пока она шла. Она исчезла на кухне, откуда обе женщины только что вышли.
Айден повернулась к Калле.
― Берегись ее. Она сладка, как грех, но любит посплетничать.
Калла вымучила слабую улыбку и продолжила идти позади Айден.
Обе без стука вошли в спальню, где был ликан.
За спиной Айден раздался вздох Каллы.
― Айден, он…
― Халфлинг, да.
― Что это? ― во взгляде Кейна смешались недоумение и возбуждение. ― Вы обе будете пытать меня? Черт, почему на меня не напали много лет назад, когда я был еще в расцвете сил?