– Судя по данным из Висконсина, Джеффри Спейд остался без поддержки в родном штате, – донеслось с экрана чьего-то ноутбука, когда я снова зашла в пресс-центр. – Это был ожидаемый провал после многочисленных намеков на причастность к наркотрафику в Венесуэле. Сейчас адвокаты делают все, чтобы реабилитировать имя Джеффри Спейда, но после такого скандала ему не стать президентом, даже если он подождет следующих выборов, и…
Окончание фразы утонуло в возмущенном гуле голосов. Для вида хмурясь вместе со всеми, внутренне я ликовала. Нам удалось! Жаль, что крах карьеры не вернет к жизни убитых, а сам сенатор никогда не сядет в тюрьму, но смерть амбиций – лучшее из возмездий.
В квартире я не могла заставить себя присесть хоть на минуту. Борясь с искушением позвонить Тейлор, я нервно прохаживалась из кухни в комнату. Гримм приехал поздно – его задержали в Бюро, где он последнее время не сильно усердствовал из-за проблем с предвыборной кампанией. Оставив пиджак в гостиной, Гримм опустился в кресло. Он уже знал новости. Я обошла его сзади и помассировала напряженные плечи. Гримм тяжело вздохнул. Наклонившись, я поцеловала его в макушку.
– Мне жаль, что я втянул тебя во все это, – пробормотал Гримм, не открывая глаз.
– Перестань. – Я уселась к нему на колени и запустила пальцы в густую шевелюру. – Что это за приступ самобичевания?
Гримм не ответил. Я шутливо взъерошила его волосы:
– Кто ты? И куда дел моего самоуверенного мужа?
Гримм выдавил из себя ответную улыбку:
– С этими чертовыми выборами твой муж уже забыл, когда мы последний раз…
– Три недели назад. – Я провела пальцем по его щеке. – И не то чтобы я думала о разводе…
– Шантажистка, – простонал Гримм, изображая обреченность. И неожиданно рывком поднял меня и понес в спальню.
– Какой ты покладистый. – Я куснула его за мочку уха.
Он уложил меня на кровать прямо в одежде. От усталого взгляда не осталось и следа – улыбаясь, Гримм медленно снял с себя рубашку, намереваясь подразнить. Я демонстративно зевнула:
– Разбуди, когда решишь приступить.
И в ту же секунду оказалась прижатой к матрасу. Съязвить снова я уже не смогла – губы Гримма накрыли мои. С этими чертовыми выборами я тоже успела кое-что забыть. Например, как хорошо он целуется. И как меня заводит его привычка ласкать грудь через ткань.
– Я так соскучилась, – призналась я, обнимая его за плечи.
Гримм перестал возиться с пуговицами и, приподнявшись, рванул полы рубашки в разные стороны. Я успела сама расстегнуть юбку, и он стянул ее вместе с трусиками. Не отрывая взгляда от моих глаз, Гримм отогнул ткань бюстгальтера и пощекотал сосок языком. Я плотно сжала губы, чтобы не застонать. Не переставая следить за реакцией, Гримм чуть прикусил его зубами и снова лизнул. Тихо вскрикнув, я запрокинула голову назад.
– Так что, пока не разводимся? – Гримм занялся вторым соском.
Его рука скользнула по внутренней стороне бедра, поднимаясь выше.
– Господи, – простонала я, выгибаясь. – Да я сейчас тебе и шестерых детей могу пообещать… Только не останавливайся.
– Пообещай.
Даже через ткань я чувствовала, что он возбужден, и принялась торопливо расстегивать ремень. Дождавшись, когда я закончу, Гримм чуть приспустил брюки.
– Обещаешь? – Он навис надо мной, всем своим видом демонстрируя, что не намеревается продолжать.
Я притянула его к себе за шею:
– Если будешь провоцировать – пожале…
И осеклась, почувствовав его член в себе. Гримм двигался медленно и целовал меня каждый раз, когда я приоткрывала рот, выдыхая его имя. Последний раз было так хорошо во время медового месяца – трех дней, проведенных в Майами, которые Гримм с трудом выбил сначала у руководства в Бюро, а потом чуть ли не шантажом вытребовал у Кайлы. Закрыв глаза, я смаковала ощущения, как вдруг в сознание влилась знакомая мелодия «Queen». Проклятый мобильный! Гримм остановился.
– Не отвечай. – Я еще сильнее обхватила его ногами. – Лукас, пожалуйста!