Во-первых, на следующий день после свадьбы, когда Кристина сладко спала в нашей кровати, меня вызвал Аркадий. И, как оказалось, не только меня, но и своих сыновей, которые тоже были не очень довольны, что их в первое же утро отрывают от жён.
– Парни, знаю, что вы злитесь, но нам надо решить всё сейчас. Саша, тебя это особенно касается. Я узнал, что вчера случилось и куда вляпалась моя любимая дочь. – Аркадий развернул компьютер, и мы чуть ли не с открытыми ртами принялись смотреть приключения одной несносной особы!
Кража, погони, перестрелки, опять кража и стрельба… А в конце безумная поездка на мотоцикле. Благо на дорогах достаточно камер и можно восстановить цепь событий.
А я ведь спрашивал её, что случилось. Но на это моя любимая жена ответила, что попала в пробку, вот и пришлось всё придумывать на ходу. Я, конечно, понял, что это ложь, ведь на ней было много крови, да и платье изрядно продырявилось от пуль, но увиденное перешло все границы!
В нашу брачную ночь я досконально осмотрел тело любимой и нашёл множество ссадин, порезов и одно ранение, которое она уже успела обработать и перевязать. Впрочем, на мои вопросы она всё равно не ответила, а потом и вовсе намекнула, что, если я продолжу донимать её, она просто уйдёт в соседнюю комнату. Тогда я отстал, но сделал пометку, что всё выясню, и в итоге с этим помог Аркадий.
На видео я узнал всех! И старого друга Князевых Третьякова, и его дальнего врага. А в конце появился и соперник Аркадия. Чудо, что моя жена вообще до меня добралась!
– Судя по всему, как я понимаю, минус два?
– Нет, минус один. Третьяков жив, хоть и сильно ранен. Осталось найти Игоря, он же Лютый. С этим, надеюсь, разберётесь вы, а я пока позабочусь о старом друге, – говорит Аркадий, и мы киваем. Я лично отыщу негодяя и сделаю так, что его тело никто не найдёт.
– Стоп, вы сейчас говорите о Третьякове?
– Именно.
– Но он похитил Кристину и хотел жениться на ней! – Неужели тесть простит такое?
Аркадий тяжело вздыхает и, отойдя к бару, наливает себе янтарной жидкости из хрустального графина.
– Саша, я знаю, что сделал Павел, но мстить больному человеку рука не поднимается. Ему и так немного осталось.
– Больного?
Аркадий возвращается к нам и раздаёт бокалы, рассказывая:
– Да, мы не распространялись об этом, но Павел сильно болен. Я присматривал за ним, однако, видимо, недостаточно, так как в последний год болезнь спрогрессировала. Он плохо отличает реальность от вымысла. Мысли путаются, и то, что он раньше не любил, стало нравиться, а те, кто были друзьями, превратились во врагов. Я знаю, что он рассказывал Крис о себе и её матери. И да, они были знакомы, но не более. Хотя Павел начал встречаться со Светой первым, и именно он в итоге нас познакомил. Но у них не сложилось, а я влюбился по уши. И то, что сейчас он решил жениться на моей дочери, это явно следствие болезни. Поэтому я отправлю его в клинику, где он доживёт свои оставшиеся дни, и побуду со старым другом. Всё же я многим ему обязан.
Да уж, непростая история. Кто бы мог подумать, что у Павла Романовича поедет крыша. Зато теперь понятно, почему он отошёл от дел.
На этом наш разговор был окончен, и мы отправились к супругам. А через неделю Лютого зарыли в лесочке по моему приказу. Да, я нашёл этого гада и лично всадил в него пулю. Будет знать, как претендовать на моё.
Вторая причина, по которой отложился наш медовый месяц, – слияний наших с женой компаний. Это было непростое дело, но всё получилось довольно гладко. Никто не протестовал, а часть моих людей, напротив, даже обрадовались.
И вот когда я уже надеялся стать лентяем и переквалифицироваться в домашнего повара, супруга вручила мне кипу бумаг с папками и приказала работать! И как было ей отказать? К тому же по бумагам вышло, что мы совладельцы!
Так что теперь я занимаюсь бумажками, а моя жена торчит в лаборатории, где создаёт нечто жуткое, судя по взрывам и зелёному дыму, который порой клубится из окна.
А третьей причиной стало здоровье Кристины. Не знаю, что на неё повлияло: то ли день свадьбы, когда она сильно переживала, то ли последующая работа в компании, но она начала сдавать. Часто засыпала чуть ли не на ходу, стала мало есть, побледнела, а потом её и вовсе накрыли приступы тошноты от любимых блюд!
– Родная, так больше продолжаться не может! Сходи к врачу! – сказал я сегодня утром, когда жена опять вышла из ванной позеленевшая.
– Я норм.
– Если ты не поедешь, я сам тебя отвезу! У нас ведь через три дня свадебное путешествие! Как ты полетишь в таком состоянии?
– Не знаю, – говорит устало и садится на кровать. Приседаю рядышком и заглядываю в любимые зелёные глаза, в которых читается испуг. Нет, так дело не пойдёт, с ней явно что-то не так.