Парень слез с подоконника и, глянув вниз, бросил окурок на небольшой газон перед домом. Даже не затушив его.
Ну, раз дома кто-то есть, я шагнула к подъезду и потянула на себя тяжёлую дверь.
Он, конечно, видел, как я улыбнулась, после чего направилась к дому, поэтому я даже не удивилась, увидев его на пороге квартиры. К его красной рубашке добавились серые брюки и тапочки на босу ногу. И, разглядев его с близкого расстояния, поняла, что к кавказцам он не имеет никакого отношения. Усы создавали такой образ.
Что он себе надумал, мне было совершенно неинтересно. Я остановилась на предпоследней ступеньке и поздоровалась:
— Доброго дня. Меня зовут Ева, и я разыскиваю человека, который, возможно, здесь проживает. Его имя Алан, фамилия Фергюс. Ему пятьдесят три года, и он уроженец Австралии.
Парень не представился и не удивился моему вопросу. Несколько секунд смотрел мне в глаза и задал совершенно глупый вопрос:
— И ты за этим поднялась на второй этаж?
А за кого он меня принял? Решил, что обаял меня ловким броском окурка?
— Разумеется, — сказала я, — увидела тебя на подоконнике и обрадовалась, что не зря отшагала полгорода.
Раз он ко мне на «ты», то и я не стала крутить вежливость.
— Как ты его назвала? — спросил он.
— Алан Фергюс.
Алан говорил, что его назвали в честь деда, погибшего на полях сражений. Я ему как-то заметила, что на самом деле выходит, он приходится прадедом, но Алан только отмахнулся, заявив, что у них нет такого понятия и все предки являются дедами.
— Первый раз слышу, — ответил парень, продолжая меня разглядывать, — а зачем он тебе?
— Пришла передать привет от тёти Присциллы, — сказала я и про себя ухмыльнулась.
Мои слова дотошный товарищ из КГБ принял бы точно за пароль. Так что нужно было сказать не так, а нечто вроде: «Тётя Присцилла велела кланяться». Хотя и «привет» от экзотического имени тоже сошёл.
— От кого привет?
Увы, за отзыв к паролю этот ответ явно не подходил.
— От его жены, Присциллы, — уточнила я и, так как в глазах парня продолжало стоять непонимание, добавила: — Тётя Присцилла из Австралии. — Подумав пару секунд и решив, что у моего собеседника с географией плохо, уточнила: — Где много диких кенгуру.
Странный попался парень. Просто стоял и пялился на меня молча и удивлённо.
— Так проживает здесь такая личность или нет? — спросила я повторно, заметив, что ответа могу и не дождаться.
— Нет, — тут же очнувшись, ответил он, — впервые слышу. Да ещё и из Австралии.
Я поскребла кончик носа, тоже с немалым удивлением. Даже через тридцать лет тётка, которую мы с Аланом застали в этой квартире, его помнила и фотки показывала, а этот пацан не в курсе.
— А кто ещё проживает в квартире? — задала я ещё один вопрос. — Может, они знают?
— Никто больше здесь не живёт, — ответил он и внезапно заторопился: — Если у тебя всё, то мне пора, я и так опаздываю, — и, не прощаясь, захлопнул дверь.
В принципе, он и не поздоровался, чему удивляться?
Я размышляла не меньше минуты над странной ситуацией, после чего позвонила в соседнюю дверь. Немаленькая жилплощадь должна была быть в доме, у которого на этаже всего две квартиры. Это примерно как объединить Бурундуковых и Слободкиных вместе: около восьмидесяти квадратных метров и кухня больше курятника.
К сожалению, в соседней квартире никого не оказалось, во всяком случае, никто не ответил, и мне пришлось убраться восвояси.
Я вышла из прохладного подъезда на улицу и зажмурилась от яркого солнца. Перешла через дорогу и кинула быстрый взгляд на окно.
Оно оказалось закрыто и даже занавешено плотной шторой. И горшок с цветком отсутствовал. Прямо шпионский детектив какой-то. Разведчик вдруг понял, что явка провалена.
Меня пробило на смешок. Конечно, глупости. Просто, закрывая окно, он убрал горшок, чтобы не мешал, а окна занавесил потому, что из дома напротив могут разглядеть, чем он занимается, а у него дома может быть девушка.
Я представила перед глазами карту, вспомнила, в какой стороне находится центральный универмаг, и медленно зашагала по улице. Навстречу, переваливаясь на булыжниках, прополз «Запорожец». Проехал, звеня, трамвай.
Я остановилась на перекрёстке, глянула влево, вправо и, убедившись, что успеваю пройти до того, как подъедут автомобили, перешла на другую сторону. И машинально оглянулась. Бывает такое чувство, будто кто-то сверлит тебе затылок взглядом.
Людей было немного, и я успела рассмотреть всех: и пожилую пару, которая не торопясь двигалась следом; женщину с коляской, общающуюся со своей подругой; детвору, облепившую морозильную камеру вместе с продавцом мороженого; парня в соломенной шляпе, разглядывающего птичек через стекло, точно так же, как это делала я совсем недавно; и ещё с десяток прохожих, спешащих по своим делам.