— «Прикиньделя»? — переспросила Люся. — Я не знаю. А где ты его взяла?
Я пожала плечами.
— Мне завтра нужно встретиться с одним человеком, так он сказал, чтобы я приходила в «прикиньделю».
— Может, в «Прикиндел»?
— Наверное, в «Прикиндел», — согласилась я. — Что это?
— Кафе-мороженое, там разные сладости продают, — сказала Люся, — особенно рулет с халвой и Стефания. Мои любимые.
— А что обозначает?
— Прикиндел? Имя.
— Мужское имя? — Я выкатила глаза. — А женское что — Прикиндела? — И расхохоталась.
— Это румынское имя. Сказочный персонаж, — Она взяла с полки книгу и подала мне.
— А-а-а, — протянула я, — румынский вариант Мальчика с пальчик.
— Да, — обрадовалась Люся, что удалось растолковать мне, о ком идёт речь.
Ну и имечки у румын!
— А когда тебе нужно в Прикиндел? Может, вместе сходим?
— В другой раз. У меня деловая встреча.
— Какая встреча?
— По делу нужно встретиться. А до этого ещё в библиотеку сходить.
— Ну и что? Давай вместе сходим. Или ты помнишь, где это находится? Я в сторонке посижу за другим столиком, пока вы будете разговаривать. Завтра понедельник, там народу будет мало.
— А сегодня что, воскресенье?
— Ты и это не помнишь? — удивилась Люся.
— У меня каждый день — день сурка, зачем мне это помнить. Тем более лето. А где твоя мама?
— Папа сказал, что она со своими студентами на ВДНХ поехала.
— Понятно.
— А что такое «день сурка»?
— Люся, не задавай глупых вопросов. Я зайду за тобой в девять утра. И не вздумай что-то ещё кому-нибудь рассказывать. Забудь. Поняла?
— Поняла, — ответила подружка.
— Слушай, — вспомнила я, — а ты знаешь, как пользоваться стиральной машиной?
— Конечно.
— А пошли ко мне. У меня кучу вещей перестирать нужно, а я таким раритетом никогда не пользовалась.
— Чем не пользовалась?
Глава 24
Вспомнила, что хочу есть около девяти часов вечера, а в холодильнике даже мышь не повесилась. Я перед отъездом всё подобрала из него.
Прогулка до магазина тоже ничего не дала: в это время, в 21:00, уже ничего не работало. И всё бы ничего, не однажды ложилась спать голодной, но тут мой желудок реально скрутило.
Вспомнила, что я девочка несовершеннолетняя, и пошла в гости к Люсе.
Двери открыла Мария Александровна и радостно втащила меня в квартиру.
— Поужинаешь с нами? — спросила она, весело сияя глазами. — Мы как раз только сели.
— Буду, — выдохнула я. — Как раз вспомнила, что сегодня ещё не ела. Сбегала в тринадцатый, а он закрыт.
— Так он до девяти, — сказала она, глянув на часики на запястье. — Дежурный до десяти, напротив кинотеатра.
Напротив кинотеатра? О, нет, спасибо. В тот магазин у меня дорога заказана. Лучше уж голодной остаться.
— Ну ты проходи, есть борщ, макароны с котлетами. Что будешь?
— Всё, — честно призналась я.
— Ой, бедная, — пожалела меня Мария Александровна. — Давай разувайся и на кухню. Я тебе пока налью.
Я скинула туфельки и проскочила в ванную помыть руки.
Люся влетела почти следом за мной и принесла большое мохнатое полотенце.
Разместиться на такой кухне вчетвером — тот ещё квест. Мы дружно выдвинули стол на середину помещения, и мы с Люсей, как самые маленькие, втиснулись между шкафами.
— А я только с ВДНХ вернулась, — сказала Мария Александровна. — У нас был воскресник. Там построили пять новых павильонов и пригнали рабочую силу отмывать. Конечно, большая часть отсутствовала, но были ещё студенты с политехнического. Мыли, убирали. Через десять дней к нам американцы заявятся со своими достижениями. Как в 1973 году. Но тогда они зимой приезжали, помните, девочки? — и после нашего обоюдного кивка продолжила: — А теперь вот летом решили явиться. Я сегодня уже получила два журнала на английском языке. Проспекты. «Туризм и отдых в США». А задержалась так потому, что моим студентам на время пребывания выставки предложили там работу. За две недели — сто рублей. Отличная прибавка к стипендии.
Я не ожидала такого. Вроде США — наш классовый враг, как трубят на каждом углу, а поездками друг к другу в гости не гнушаются.
— Люся только про слёт говорит, — сказала Мария Александровна, — едва я отправила первую ложку в рот.
Чуть не подавилась. Фёдор Аркадьевич слегка постучал мне по спине и на мой вопросительный взгляд отрицательно качнул головой. А я уж было подумала, что сейчас начнётся.