— Москвичи выступать будут, — сказала я и резво всунула ноги в полукеды. — Идём.
Ещё издали мы услышали, как на стадионе громко кричат и хлопают в ладоши. Значит, моя догадка оказалась верной.
Когда мы приблизились к нашему отряду, Виталик с парнями вовсю что-то обсуждали, а через препятствие скакала последняя девчонка из команды москвичей.
Увидев меня, Виталик сразу возбуждённо заговорил:
— Представляешь, у них десять человек меньше четырёх минут показали результат, а вон тот, — он махнул в сторону поля, — в зелёной майке, видишь, прошёл за три минуты и одну секунду. Они теперь займут первое место.
— Потому что они имели возможность тренироваться, — сказала я, — ещё дома. Они знали про этот вид состязаний.
— Но это нечестно, — безапелляционно заявил Виталик, — можно оспорить их победу.
— И как ты это сделаешь? — удивилась я.
— Так ты ведь сама сказала.
— Это просто моя догадка, а догадку никуда не пришьёшь.
— А-а-а, — протянул он, — я думал, у тебя факты есть.
— У меня нет. Но я догадываюсь, у кого они есть, вот только вряд ли этот человек захочет в этом признаться.
— Понятно, — понуро ответил Виталик и тут же встрепенулся. — А ты точно за минуту можешь пройти?
— За семьдесят секунд.
— Ну да, — тут же согласился он, — за семьдесят секунд.
— Я это ещё четыре часа назад сказала. Забыл?
— Тогда ты побежишь первой, а мы за тобой повторим, — обрадованно сказал Виталик.
Придумал же! Ещё не хватало, чтобы кто-то действительно повторил и свернул себе шею. А если не свернёт, то с первого раза всё равно нитку зацепит.
— Я буду последней. За мной не нужно повторять. С первого раза всё равно не получится.
— Почему? — удивлённо уставился он на меня.
— Потому.
— Хорошо, — согласился он, — даже если ты одна это сделаешь, будет здорово.
Виталик вынул из кармана два листка и на одном принялся что-то чиркать ручкой.
— Что это? — поинтересовалась я, заглядывая ему через плечо.
— Замена, — он обернулся к Гольдман и сказал: — Марина, отнеси, пожалуйста, на стол судьям.
— А второй листок? — спросила я, увидев сверху надпись: «Правила».
— Правила по спортивным состязаниям.
— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовалась я, беря листок в руку.
Пробежала по строчкам и нашла инструкцию прохождения препятствий: любым доступным способом преодолеть, нитку не задеть. И нигде не было конкретно указано, как именно преодолеть. А то пришло в голову, что скажут: нужно было перелезать. Нет, любым доступным способом. Что называется — получите и распишитесь.
По микрофону объявили время последнего участника: время разборки и сборки. Девочка преодолела барьеры за шесть минут и почти две минуты возилась с автоматом. Значит, и у москвичей не так уж всё гладко прошло.
Но по общему времени они таки да заняли первое место.
Не успели мы договорить, как пригласили участников солнечной Молдавии.
— Бежим, — сказал Виталик, но я его притормозила.
— Давай мимо препятствий пройдём. Мне нужно глазами запомнить, где нитка проходит.
Виталик с серьёзным видом покивал и выбежал на поле.
На самом деле я хотела глянуть на землю: бугорки, кочки, какой мусор, если валялся. А вдруг гвоздь или осколок стекла? Должны были проверить и убрать, но сделали это или нет — у меня полной уверенности не было.
Шла быстро, но смогла убедиться, что земля была ровненькой и никаких посторонних предметов не обнаружила, что порадовало.
— Ну что? — спросил Виталик, глядя на меня горящими от возбуждения глазами, — всё в порядке? Получится?
Ну понятно было, он всё ещё не верил, что я действительно сделаю это за минуту.
Я молча кивнула и заняла место в хвосте, однако вместо сигнала к началу голос в колонках пригласил Широкова Виталия к столу судей.
Возвращался он совершенно безрадостный.
Парни сразу забросали его вопросами, но он лишь угрюмо отмахнулся и, глянув мне в глаза, сказал:
— Тебе запретили выступать. Меняй Гольдман.
— Не поняла. А кто это такой грамотный?
— Врачиха. Сказала, что ты после больницы ещё не пришла в себя и как минимум месяц у тебя реабилитационный период. Любые нагрузки запрещены.
— Ах, врачиха, — я почувствовала, как во мне закипает злость, — медсестра недоделанная. Стоять всем! Я сейчас решу этот вопрос.
— Бесполезно, — крикнул мне вслед Виталик.
— Ну тогда кто-то ближайший месяц будет ходить в гипсе. И период этот реабилитационный в одно место ей засуну, — пообещала я.