Я глянула хмуро на дамочку и пошарила глазами по помещению. Взяла Люсю за руку и отвернула запястье, глянув на часы. Было без пяти минут два, и мне совсем не улыбалось, чтобы кто-то посторонний стал свидетелем нашей встречи.
Не нужно было садиться у окна, чтобы зеваки разглядывали нас, как в кинотеатре.
И как на грех, в этот момент в кафе вошёл молодой человек. Он осмотрелся по сторонам, его взгляд остановился на мне и он радостно улыбнулся.
Он что, знал Бурундуковую в лицо?
Глава 29
— Ну, что я говорила, — победно заявила Наталья Павловна, кладя трубку на телефон. — Никаких наград у неё нет. В Москву действительно ездила, но привезла оттуда только грамоту за свои геройские деяния, — с сарказмом закончила она.
— В Москву за грамотой? — недоверчиво произнёс Николай Васильевич. — В Москву не вызывают, чтобы наградить почётной грамотой. Что-то здесь не так.
— Вечно тебе всё не так, — фыркнула Наталья Павловна. — Давай уже вернёмся к столу, а то оставили бедную девочку одну, а она, между прочим, официальная невеста твоего сына.
— Да погоди ты, — ответил Николай Васильевич. — Зачем твоему братцу нас разыгрывать? Он видел то один раз Бурундуковую и запомнил её просто по фамилии, потому как таких фамилий раз-два и обчёлся. За всю жизнь двух одинаковых не встретишь. Имя он тоже знал, но отчество откуда ему стало известно? Поэтому никаких невест, пока не удостоверимся в обратном.
— А что с Оксаночкой делать? — переспросила Наталья Павловна.
— Валера, проводи девушку, — отмахнулся Николай Васильевич и немедленно возвращайся.
— А что с помолвкой?
— Я ведь уже ответил, — сказал Сазонов-старший. — Никаких помолвок. На первом месте в данный момент находится Бурундуковая.
Он достал из ящика стола общую тетрадь и принялся листать страницы.
Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появилась Оксана.
— Вы, — произнесла она злобно, — вы! Ненавижу вас.
Она захлопнула с силой дверь, и в коридоре раздались удаляющиеся шаги. Хлопнула входная дверь.
Валера вскочил с места, но Николай Васильевич, не отрываясь от своего занятия, приказным тоном сказал:
— Назад. Сядь на место.
Наталья Павловна растерянно переглянулась с сыном и перевела взгляд на мужа. Хотела что-то сказать, но он уже успел куда-то дозвониться.
— Аркадий Анатольевич, — произнёс Николай Васильевич в трубку, — это вас беспокоит Сазонов, первый секретарь ЦК ВЛКСМ. Мне срочно нужна информация. 29 июня в Кремле проходило награждение, но всё дело в том, что у нас на это время было запланировано отключение электричества. Вы же знаете, что через неделю к нам прибывает делегация из Москвы, и на пленуме было решено облагородить улицы города. Были снесены все деревянные электрические столбы в столице и ближайших окраинах, и вместо них установлены новые железобетонные. Совпало время. Как у вас было 29 июня? Мне бы узнать, кого в этот день наградили в Кремле и за что.
— Так вы уже запрашивали, Николай Васильевич. Ваш секретарь звонила, — ответил мужской голос. — Мы вам сразу депешей и отправили. Но если затерялась, то я сейчас прикажу разыскать и минут через двадцать вам перезвоню.
— Я сам перезвоню, — сказал Николай Васильевич, поблагодарил, положил трубку и тут же схватил её снова.
— Вера Ильинична, вспомните, пожалуйста. 29 июня в Кремле было награждение. Нам должна была прийти депеша.
— Я помню, — ответил в трубке женский голос. — У нас электричества не было, но я запросила данные. Их доставили в конце рабочего дня. Я их вам передала, но вы сказали, что посмотрите дома. Вы в тот день были с коричневым портфелем с одной застежкой.
Николай Васильевич оглянулся и вспомнил. У портфеля оборвалась ручка, и пришлось нести его подмышкой, а придя домой, он зашвырнул его в угол.
— Спасибо, Вера Ильинична, — сказал Сазонов и, указав рукой на портфель, добавил: — Валера, дай сюда.
Мало того что ручка оторвалась с одного края, так ещё и застежку заело, и она никак не хотела открываться. Кое-как удалось расстегнуть, и Николай Васильевич вытащил из портфеля стопку писем. Учитывая, что депеша была в два раза шире обычных конвертов, не составило большого труда отыскать её.
Он оторвал край и извлек лист бумаги. Глаза Николая Васильевича пробежали по строчкам, пока не остановились на знакомой фамилии:
«Бурундуковая Ева Илларионовна. 1961 года рождения, 6 августа».
— Так, так, — проговорил Сазонов, глядя на буквы, которые начинали плясать перед глазами.