— Знаю, — процедил сквозь зубы капитан отдавая рацию.
Захотелось их успокоить, что не так всё серьёзно, как им в голову закралось и менты крошить в винегрет никого не будут, но передумала. Сама себе подлянку сделаю. Пусть понервничают немного, им это только на пользу пойдёт.
Кавалькада остановилась от нас в пяти шагах и давешний капитан милиции, прищурив глаза, склонил голову к правому плечу. Не показалось на пляже, он точно только вертикально мог распознать объект.
Выпрямился и глянув на стоящего рядом майора, вероятно, того самого родственичка одного из ухарей, что на нас напали, кивнул.
— Она это, товарищ майор. Точно она, стерва.
Лицо у майора было, мягко говоря, страшненьким и совершенно не добрым. Высокий или скорее сказать, длинный как жердь и такой же худой. А такие — добрыми не бывают от природы. Только угрюмые и злобные.
Вот и этот смотрел на меня желчным, мстительным взглядом. И с чего? Вроде с племяшем не пересеклась и ничего худого лично не сделала. И чем я его так разозлила, что он буквально поедал меня глазами. Неприязненно, будто разорвать хотел на части.
Пожамкал губами и обратился к Каренину:
— Спасибо, капитан. Сегодня же доложу об оказанной помощи. Очень рад, что между нами нет обид и топор войны в земле. — И перевёл взгляд на одного из своих охламонов. — Берите её и поехали.
Угадала. Меня за человека и не считают. Берите, как авоську с продуктами, чтобы было, что чавкать вечером на ужин. И как пафосно: топор войны в земле. Талант писателя пропадает.
Два головореза, закинув калаши за плечи, двинулись ко мне, а майор развернулся к нам спиной.
— Наручники ей наденьте, — напутствовал им вслед капитан.
Мои защитники отреагировали мгновенно. Сдвинулись на полметра в сторону, загородив меня своими широкими спинами.
— Никак нет, товарищ майор — спокойным тоном сказал Каренин и я ему где-то позавидовала.
У самой гимнастёрка прилипла к спине и пот ручьями катился.
Майор, уже было шагнувший прочь, остановился и нехотя развернулся. Оценил обстановку и нахмурив брови, сказал:
— Не понял. В чём дело капитан?
— Такая команда не поступала. Приказ был, если встретим по дороге изловить и вам сообщить. А на счёт передачи не было. Запросили подтверждение. Ждём-с.
— Какое, подтверждение? Ты что, белены объелся? Она, — майор сделал взмах рукой в мою сторону, — уголовный элемент и ты обязан передать её в правоохранительные органы, как добропорядочный гражданин. Что тут неясно?
У Каренина шея пошла пятнами и подумала: баста карапузики, сейчас сорвётся от такой наглости и опустит майора на землю, а там и до потасовки недалеко.
Но, нет. Хорошая выдержка, не то, что у меня.
— Всё ясно, товарищ майор, но без подтверждения никак. Иначе меня завтра в лейтенанты разжалуют, за нарушение приказа.
— Ну и жди приказ, — смилостивился майор, — а мы её пока до машины сопроводим. Всё равно, сейчас получишь подтверждение. Чего время зря терять? — и снова дал команду своим архаровцам.
Два чувака, с рожами как у гоблинов, попытались обойти вояк, но мои защитники снова перегородили им дорогу.
— Не имею права, без соответствующего приказа. Надо подождать, минут пять, — Каренин был сама любезность.
— Какие пять минут, капитан, — в голосе майора засквозила нервозность, — нам некогда, скоро ночь, а нам ещё пилить по бездорожью и ухабам. Давай её сюда, и пока мы её упаковывать будем, тебе и приказ придёт. Что непонятно?
Вот же суки. Упаковывать они будут меня. Ещё и ленточкой, небось, перевязать, чтобы смотрелась симпатично.
— Товарищ, майор, — нарочито громко сказал Каренин, и я сразу встрепенулась. Точно, рокот, далёкий, слабый, но слух его уловил, потому что ждала.
— Ну, вот что, капитан. Ты хоть представляешь кто она? Моему старлею челюсть сломала и нос. Он в реанимации лежит. А он не только мой подчинённый, он мой зять. А дочка моя, на восьмом месяце и если она потеряет моего внука из-за случившегося, я эту тварь своими собственными руками придушу. И это без всех остальных художеств, которые висят на ней. Поэтому выбирай. Или ты отойдешь в сторону или мы сами её возьмём, потому что это уже личное. Понял?
Самый злобный голос в мой адрес, который я слышала в этом времени.