Опоздали, уроды, к тому времени как они спустились все уже успели прикрыться одеждой и стояли, молча наблюдая за процессией.
Группа захвата, состоящая из дружинников, сразу взяли нас в полукольцо, а менты нахмурив брови, рассматривали валяющиеся тела. Молодой лейтенант, которому, вероятно, всё было в новинку, смотрел с изумлением, а старлей, бросив быстрый взгляд вокруг, сразу распорядился, обратившись к одному комсомольцу:
— Бабаев, бегом наверх и скажи, что раненые есть. Нужна скорая срочно. — А потом обвёл нас грозным взглядом и строго спросил. — Ну и что здесь произошло?
Ага, сейчас уписаемся со страха.
— Представляете, товарищ старший лейтенант, — я расплылась в улыбке, — прибежали двенадцать придурков и начали мутузить друг друга дубинками и как я поняла со слов старшего, он, кстати, убежал, из-за какой-то крали сыр бор. И случайно отдыхающих зацепили, — я кивнула на группу, которым досталось больше всего, — целое шоу устроили. Бакланы, одним словом. И нам бы досталось, но мы за скалой сидели, и они нас не заметили.
На меня глянули все. И нудисты и менты с группой поддержки. И мои новые друзья, разумеется. Вполне реальная версия и если бы не какой-то дядя из РОВД, прокатило. Но, попробовать стоило.
— То есть, просто так, начали друг друга бить? — переспросил старший лейтенант.
Ну вот точно у старлеев явно со слухом не всё в порядке. Хотела напомнить про кралю, но в этот момент зашепелявил один из отморозков, которому неплохо ногой в челюсть прилетело.
— Врёт она, не били мы друг друга, это она.
— Ну конечно я, — сразу согласилась, — вы только товарищ старший лейтенант дубинки в отдел захватите, вон их сколько валяется и пальчики откатайте. И мне кажется, кроме как от этой гоп компании вы других не найдёте. А учитывая их сферу деятельности, наверняка в картотеке и другие следы отыщутся.
Старлей просверлил меня левым глазом, а правый, при этом, чётко сместился на его переносицу. Так он ещё и косоглазием страдает, бедолага, и как до старлея дослужился совершенно непонятно. Ну не зятьком же дяде приходится. Или тоже племянничек?
На этом прения закончились. Мелко раненые стали приходить в себя и чуть ли не в голос запричитали, тыкая здоровыми корявками в меня. Всё-таки надо было им все пальцы переломать, нечем было бы тыкать, отморозки гребаные.
Ну, я свою позицию озвучила, а так как успела надеть к приходу правоохранительных органов, только юбку, развернулась и пошла к нашему покрывалу.
— Стоять, — прорычал старлей, но я не оборачиваясь сделала прощальный жест ручкой.
Когда подняла свою гимнастёрку, рядом нарисовались два дружинника и встали в трёх шагах.
— Любим подглядывать как девушки одеваются, — пожурила я их, а потом громко добавила, — а ещё комсомольские значки надели, извращенцы поганные, — и повернувшись к ним спиной стала втискиваться в форму не обращая внимания на их злобные выкрики.
Оправила на себе одежду, надела пилотку, подхватила туфли ладошками и развернулась.
Получи фашист гранату!
Переглянулись растерянно, ну разумеется, никто не ждал Джокера на нудистком пляже.
Они смотрели на меня, я на них, но в отличие от дружинников, я злорадно улыбалась. Ну вот что мне могут сделать за мордобой, в принципе? Самооборона чистой воды. Все живы, немножко нездоровы, но не все. У кого-то переломы, сотрясение, если были мозги, но в целом, даже самостоятельно могут передвигаться. И никакой майор не будет вмешиваться. Племянник не пострадал, а за всю компашку, которая лоханулась, ему впрягаться не с руки, да и не по чину. По идее, проще всего спустить на тормозах, хотя парни и девчонки серьёзно пострадали. Но если приезжие, спишут на драку, а если местные, в чём лично сомневалась, постращают. Но я в руки ничего не брала, ручками и ножками защищалась, а потому пошли они все…
— Товарищ лейтенант, товарищ лейтенант, — один из дружинников глянув за валун начал вызывать подкрепление.
Естественно, у них ведь даже комсомольские значки с моим не котировались.
— Чего? — Из-за угла высунулась голова молоденького офицерчика.
— Гляньте, товарищ лейтенант, — ярый активист вытянул в мою сторону руку.
Лейтенант перевёл взгляд, и брови у него поползли вверх. Он подошёл ближе и встал рядом с дружинниками. Этот разглядывал меня гораздо дольше, но, вероятнее всего, ни одна мысль не посетила его печальную голову и он, сделав шаг назад, оглянулся и крикнул: