Носова явилась пару минут спустя. Она осторожно села на край скрипучей койки и ущипнула соседку за икру. Та не отреагировала. Лишь прибавила громкости в плеере, и мотивы тяжелого рока сделались отчетливее.
– Хватит дуться, вредина! – улыбнулась Рита. – На что ты вообще обиделась?
– Он тебя не достоин, – не снимая наушников, громко произнесла Яна.
Подруга потянула за провода, и Соколова остановила музыку.
– Прекращай вести себя как ребенок.
– Хочу и буду, – отвернувшись в окно, бросила Яна.
– Злой котик, уличный. – Рита насильно обняла названую сестру. – Ну, заканчивай!
– Если он тебя обидит, клянусь, я его урою! Вот увидишь, урою!
– Во-первых, не обидит, а во-вторых, я могу за себя постоять. Всегда могла, помни…
…Яна дважды моргнула, когда на стол перед ней приземлилась чашка черного как смоль кофе.
– Ответа я не дождусь, понятно, – будто сам себе заметил Денис.
– Прости, задумалась. А какой был вопрос?
– Яна? Ты чего тут делаешь? – На кухню вошла заспанная Рита в шелковом халатике.
– Да так, болтаем.
– В шесть утра? – Рита покосилась на подругу с недоверием. – О чем?
– О Жеке Калинине. Помнишь такого?
Будущая мама побледнела как полотно и засуетилась, наливая себе чай.
– Не помню. А должна?
– Ну вы вроде как дружили…
Рита просыпала сахар и закашлялась, а Яна почувствовала себя крайне неловко.
– Котенок, я в душ. Приготовишь завтрак и проводишь Яну? Я скоро.
– Конечно. Два яйца?
– Три! – донеслось из-за закрытой двери ванной. – С сыром!
Денис осуждающе посмотрел на коллегу и загремел посудой.
– Да что? – недоумевала Князева.
– Совесть имей. Она на сносях. Ей нельзя волноваться.
– Просто спросила.
Денис достал из холодильника яйца, разбил их в плошку и начал нервно взбивать вилкой.
– Ладно, понял – не дурак, – вздохнула Яна. – Слушай, я оставлю тебя в покое. Только можешь сначала провести меня в квартиру Васильевых?
Денис, пораженный наглостью, замер со столовым прибором в руках.
– А еще чего? Может, сразу добыть тебе секретные папки из архивов КГБ?
– Десять минут, мне больше не понадобится, серьезно!
– И ты отстанешь от меня раз и навсегда?
– Даю слово.
Часом позже напарники поневоле переступили порог нехорошей квартиры. Яна осмотрелась и достала мобильный для снимков. Неспешно прогуливаясь по душной хрущевке, она снимала и записывала на видео как можно больше. Ее интересовала каждая деталь.
– Все, можем идти? – предложил Денис, дождавшись, когда Яна уберет телефон обратно в карман куртки.
– А знаешь, что странно?
– Что? – Симонов не скрывал скепсиса.
– На теле у Алисы места живого не было. Десятки колото-резаных, а детей умертвили быстро, без лишних страданий.
– И что это доказывает?
– Просто подозрение. У Калинина ведь было примерно так же, даже расположение тел. Почерк серийника?
– Или просто совпадение. Пьянки и поножовщина – считай, синонимы.
– Есть еще кое-что, – потирая подбородок, выдала Яна.
– Не томи же, – усмехнулся Симонов.
– Чердак. Обратил на него внимание? Он напротив входной двери, а замок сорван. Настоящий убийца мог засесть там и дожидаться своего часа. Удобная точка, чтобы отслеживать происходящее в квартире. Всех, кто приходит и уходит, не думаешь?
– Думаю, тебе стоит туда подняться и посмотреть на шелуху от семечек, банки из-под пива и использованные презики. Подростки это. У них там тусовочная штаб-квартира. Весь подъезд на это жалуется.
– Но ведь нельзя исключать, что…
– Князева! – взорвался Денис. – Я тобой сыт по горло! Хватит уже безумных версий и идей. Я выполнил свою часть сделки, так что надеюсь больше никогда тебя не увидеть.
– Ладно, – смирилась Яна. – Никогда так никогда.
Денис покачал головой, закрыл дверь в квартиру Васильевых снаружи и зашагал вниз по лестнице. Он ни разу не обернулся и не сказал ни слова. Казалось, капитан искренне рад такому исходу и теперь чувствует себя по-настоящему свободным. Служебная машина шумно покинула двор.