– Смешанные. Люблю и ненавижу этот город. Он больше, чем просто место. Скорее, ключевой персонаж в моей жизни.
– Значит, ты тут только ради Васильева?
– Для первого свидания тема – во! – оттопырила большой палец Яна. – Расскажи о себе лучше, о работе своей.
– Этот вопрос затрагивать боялся, если честно. Думал, ты меня из-за этого осудишь.
– С чего вдруг?
– Ну, я же из социалки. Детей у родителей отнимаю, все такое.
– Слушай, мне же не десять лет, чтобы винить инспекторов. Я понимаю, что это работа. Очень важная и нужная работа. У хороших мам и пап вы детей не забираете.
– Твоя правда. Вообще, я много общался с детдомовскими, знаю, что даже в самой плохонькой семье намного лучше, чем в образцовом приюте. – Рома отодвинул пустую тарелку к краю стола. – А вообще работа сложная. Морально в первую очередь. Новенькие или уходят через полгода, или бухать, как черти, начинают.
– Ну а ты? – Яна изобразила подозрение.
– А я спокоен как удав. Начальница даже смеется, говорит: «Ты, небось, людей по ночам режешь, иначе, где твои раздражение и усталость?» – рассмеялся Рома, но тут же понял, что шутка вышла весьма специфической. – А я не режу, если что…
– Допустим. А как тогда расслабляешься?
– Никак. Просто стараюсь философски относиться. Люди, они ж не хорошие и не плохие, они какие есть.
– Поспорила бы.
– Нет, правда. Большинство плохих родителей – просто запутавшиеся… Я, знаешь, сколько примеров знаю?
– Расскажешь, – кивнула Яна. – Я сейчас.
Беззаботно шагая между столиками, Князева высматривала уборную. Она улыбалась, предвкушая продолжение вечера, и заранее смущалась своих мыслей… Неожиданно на ее пути возникла пожилая дама. Маленькая, сухонькая, но не жалкая. Она несколько секунд смотрела в глаза Князевой, словно в ожидании приветствия, а после отвесила ей звонкую пощечину. Гости ресторана тревожно оглянулись и замерли. Разговоры сошли на нет, повисла неловкая тишина. Яна прикрыла скулу ладонью и побежала к выходу. Рома кинулся за ней вслед, бросив на стол две пятитысячные купюры.
– Ян, что случилось? Кто это был?!
– Ром, оставь меня одну, пожалуйста. – Голос ее дрожал.
Кудрявцев чуть помедлил, но быстро понял, что на этом свидание окончено. Не скрывая разочарования, он зашагал в сторону дороги. Туда, где обычно ловят такси. Князева вдыхала вечернюю прохладу и невольно проваливалась в зыбучие пески воспоминаний…
…Яна перешагнула порог нового дома и, будто опасаясь сделать что-то не так, взглянула на приемных родителей. Те лишь улыбнулись в ответ. Соколова разулась и продолжила осматривать квартиру, просторное и светлое жилище, где нет нужды воровать, прятать и обманывать. Новая жизнь оказалась даже лучше, чем в самых смелых мечтах. Яна часто задышала и тайком смахнула слезы. Слезы радости, конечно…
Эпизод 5
Осторожно ступая вверх по лестнице, Елецкая мучилась от противоречий. С одной стороны, ей хотелось прямо сейчас поговорить с сыном, обнять его и поцеловать в кучерявую макушку. С другой – он так и не извинился за безобразие накануне. Невозможно, неправильно было вновь идти навстречу тому, кто раз за разом тебя отталкивает. Растирая мокрые от переживаний ладони, Кристина застыла у комнаты Саввы и приложила ухо к двери. Тихо… если не считать приглушенной музыки, что круглые сутки играет в комнате подростка. Кристина почти заставила себя развернуться, как вдруг материнское сердце пересилило. Она негромко постучала в дверь.
– Я сплю. Уходи, – крикнул Савва и выключил музыку.
– Давай поговорим, пожалуйста. – Елецкая с надеждой прислушивалась к тишине, но звук шагов так и не раздался.
Безрезультатно простояв на пороге еще какое-то время, она шмыгнула носом и, разбитая, поплелась вниз. Савва услышал скрип лестницы, вернул негромкую музыку и продолжил переписку в смартфоне. Улыбка то и дело возникала на его лице, периодически уступая место густому румянцу. Ему не было дела до чувств матери. Нет, конечно, его могли разжалобить ее вкрадчивые речи и спонтанные приливы нежности, но тогда он вспоминал, как мать поступала с ним в прошлом. И всякий стыд уходил бесследно…
– Не волнуйся ты так. Я в десятом мог со своими стариками неделями не говорить. – Олег поправил простыню на их с Кристиной кровати. – И ничего, поумнел с годами, как видишь. Теперь вот не нарадуемся друг на друга.
– Не сравнивай. – Кристина взбивала подушку. – Мы с тобой родились в обычных семьях, а Савва – с серебряной ложкой во рту. У него деньги, возможности, связи… и куча проходимцев в друзьях, которые только и ждут шанса этим воспользоваться. Всем ведь известно, что мама у него мэр, а папа – богатейший человек в области. Понимаешь, насколько это тонкий лед? Его ведь и похитить могут, и даже убить!