– Денис, время, – напомнил охранник, постучав костяшками пальцев по железным прутьям.
– Иду, – отозвался Симонов и добавил намного тише: – Кстати, вот, держи. Это от Риты. – Он передал заключенной небольшой конвертик.
Яна кивнула и жестом велела ему идти. Денис послушно удалился. Оставшись в одиночестве, Яна открыла конверт и достала письмо. В ноги упало что-то невесомое. Князева присела на корточки и подняла предмет. Тонюсенький браслет из бисера… В горле моментально пересохло. Зрачки заметались по написанному от руки:
Дорогая Яна! Прости, что накинулась на тебя в больнице. Просто в последнее время все наперекосяк… Ребенок вот-вот родится, а Дениса все время нет рядом. Иногда кажется, что я ему больше не нужна. Он единственный, кому на меня было не наплевать с тех пор, как тебя забрали. Я вообще до него не знала, что могу всерьез полюбить кого-то, понимаешь? Думала, такие, как он, только в сказках встречаются. Наверное, я просто почувствовала опасность… приревновала. Дура, короче. Денис рассказал, что случилось с твоим отцом. И его женой бывшей. Мне очень жаль, прими соболезнования. Надеюсь, когда ты выйдешь, и это будет скоро, мы все обсудим. Ты узнаешь, как нелегко мне было без тебя в Баторе… Браслет, который ты найдешь, сделал Костик специально для тебя. Сначала я не хотела отдавать его, потому что считала, что ты нас обоих предала. Но теперь верю: он принесет тебе удачу! До встречи! Обнимаю, Рита.
Князева сжала крохотные бусинки в кулаке и ощутила дуновение свежего ветра в закрытом помещении…
…Волосы Яны растрепались от бега. Поправляя их на ходу, она достала из кармана гребешок с отломанными зубчиками и несколько раз провела по голове. Результата девчонка не увидела, но теперь было не стыдно показаться перед возможными опекунами. Той самой парой, что в свой последний визит улыбнулась ей издалека и приветливо помахала. Милые светлые люди, которые словно списаны с брошюрки по опеке над приемным ребенком. Соколова боялась радоваться заранее, но почему-то верила: сегодня – тот самый день. Ее день!
Притаившись у кабинета Лихачевой, Яна услышала бубнеж за дверью. Не сумев побороть любопытство, она приложила ухо к створке и задержала дыхание.
– …Да и мы немолодые уже, поэтому хочется ребенка постарше. В идеале – подростка. Девочку, – донесся красивый женский голос. – Лет тринадцати, если возможно.
Соколова едва не взвизгнула от радости! Это точно судьба, ведь ей именно столько. «Счастливое все-таки число», – подумала она, пританцовывая.
– Конечно, понимаю. – Приторно-сладкий голос Лихачевой было трудно спутать с чьим-то другим. – У меня на примете есть хороший ребенок. Чудесная девочка, которая вам точно понравится. Ее зовут Рита. Сейчас я попрошу привести ее к вам, ладно?
– Мы вам очень благодарны, – ответил мужчина. – С удовольствием познакомимся!
Услышав имя подруги, Яна сначала улыбнулась, а после отшатнулась в ужасе. Самый страшный ее сон становился реальностью. Это не должно было случиться. И да, не случится вовсе, если обстряпать все грамотно…
– Князева! На выход! – Высокий конвоир не собирался с ней расшаркиваться.
Яна поднялась и безропотно зашагала в указанном направлении. У отделения ее ждал автозак. Внутри – пусто. Почти пусто, если не считать короткостриженую зэчку, тело которой покрывали мутные сизые наколки. Она улыбнулась соседке кривыми желтыми зубами, но не дождалась ответа. Князева отвернулась. Автомобиль тронулся. Все надежды на лучшее остались позади.
Савва:
Я не уверен, что готов
Лика:
понимаю, но что делать? мы же все решили. сначала ты, потом я… не бойся, это совсем не страшно
Савва:
Откуда тебе знать :( ??
Лика:
видела, как это делают друзья. держала их в те моменты за руки…
Савва:
Ладно, мне пора. С тобой было хорошо. Увидимся еще… однажды
Лика:
раньше, чем ты думаешь! 💋 ЯТЛ!!!
Савва заблокировал телефон и глубоко вдохнул. Поджилки тряслись от осознания собственных намерений, но отступать было поздно. Слишком много всего обещано, слишком мало всего сделано. Слишком невыносимо жить дальше в этой лицемерной, насквозь прогнившей семейке… Он взглянул на часы. «И правда, пора!» – подумал Савва, вышел в коридор и повернул налево.
До большой трагедии в семье Елецких оставалось меньше часа…
Яна резко открыла глаза от чувства беспричинной тревоги. За секунду до того, как на нее обрушился кулак с заточкой. Князева успела перехватить запястье, но безумная соседка по автозаку не сдавалась. Она продолжала давить сверху вниз, имея явное преимущество в весе и, очевидно, в рукопашном бою. Еще секунда – и заточка проткнет глазницу насквозь. Яна с криком махнула ногой, и удар пришелся точно в цель, в гладковыбритый висок, поблескивавший сединой. Местная психопатка отшатнулась и плюхнулась на рыхлый зад. Этого было явно недостаточно, чтобы остановить ее. Яна приготовилась к драке. Вся злость, которую она усиленно тушила алкоголем, вдруг зажглась в кулаках.