– Кажется, я плохо на тебя влияю, – вздохнула Яна.
– А мне кажется, наоборот. Это же круто – жить в гармонии и правде с самим собой. Наивысшая ценность!
– Пойдем, философ комнатный. – Князева схватила Рому за лацкан и потянула в подъезд, где они обнялись и поцеловались.
Рита открыла дверь раньше, чем раздался стук. Судя по всему, в незапертую форточку на третьем этаже до нее долетели обрывки диалога и она была готова встречать гостей.
– Проходите, не стесняйтесь, – засуетилась хозяйка в прихожей. – Куртки можно оставить тут. – Она распахнула шкаф.
– Спасибо, разберемся. Ты иди присядь, мне за тебя страшно! – взмолилась Яна.
– Беременность – это состояние, а не болезнь, – рассмеялась Рита, но просьбу подруги исполнила.
– Привет! – Денис протянул руку гостю. – Рад, что ты сумел выбраться.
– Добрый вечер, – ответил Роман. – И я. Очень!
Переместившись за стол в зале, гости жадно накинулись на приготовленное Ритой. Блюда, к слову, не уступали по уровню ресторанным. Молодое вино, которое прихватил с собой Рома, лишь усилило ощущение праздника.
– Маргарита, мое вам уважение! Мясо вкусное – язык проглотишь! – Рома склонил голову перед хозяйкой дома.
– Да ну, это так, – приятно смутилась та. – Что успела… К слову, можно просто Рита. И на ты, разумеется.
– Как скажешь, Рита!
– Кстати, уж простите мне эту бестактность, но я уже сделала свой глоточек и теперь меня не остановишь… Вы вместе?
Князева поперхнулась и закашлялась, а Кудрявцев расхохотался в голос от комичности ситуации.
– Об этом мы еще не говорили, – придя в себя, ответила Яна.
– Судя по тому, как Рома защищал ее, они не просто вместе, они друг другу предназначены, – не без удовольствия подколол Денис.
– Хватит меня смущать. – Князева спрятала улыбку. – Лучше скажите, как мальчишку назовете? Уже выбрали имя?
– Денис хочет Елисеем, а мне не нравится, – скуксилась Рита.
– Нормальное имя. Красивое, русское, – пожал плечами Симонов и потянулся за вином.
– А недавно я вообще подумала: может, Константин?
Денис не донес бутылку до своего бокала, она выпала у него из руки и забрызгала рубашки ему и Роману. Девушки взвизгнули, но их капли не задели.
– Блин, прости, дружище, – резко поднялся Денис. – Сейчас что-нибудь придумаем!
– Ничего страшного. Я вообще никогда не любил эту рубашку, – отшутился Рома. – Все высохнет моментально, не беспокойся.
– Нет уж, мой косяк, мне и исправлять. Идем! – Денис практически уволок гостя за собой.
Переместившись в спальню, двое неловко замолчали. Симонов рылся в шкафу в поисках подходящей замены испорченной одежде. Рома бесцельно вертел головой, разглядывая фотоснимки счастливой пары.
– Лови! – Денис кинул свежую футболку гостю и приготовился переодеться сам.
– Благодарю. – Рома снял рубашку через голову, не расстегивая пуговиц.
Бросив мимолетный взгляд на гостя, Симонов удивленно приподнял брови.
– Старая история. – Кудрявцев взглянул на собственный ожог. – Яне уже рассказывал, тебе тоже расскажу. Когда-нибудь в следующий раз.
– Да на мне тоже места живого нет. – Денис показал израненную спину и белесые шрамы на предплечьях. – Курнуть, кстати, не хочешь?
– Вроде как бросил, – виновато признался Рома.
– Ну тогда подлей нам всем вина, если несложно. У меня, как видишь, это так себе получается, последняя надежда на тебя.
– Договорились, – улыбнулся Роман и вернулся за стол.
Князева решила составить компанию напарнику и достала пачку из нагрудного кармана куртки. Вдвоем они заперлись на балконе, чтобы не впускать дым. Сделав по несколько затяжек, оба расслабленно переглянулись и рассмеялись.
– Что-то я напился, кажется… – тихо произнес Денис, отправив недокуренную сигарету в полет.
– Ты? Не смеши мои тапочки, тебя даже бутылка виски не берет, что там этот бокал вина? – махнула рукой Князева.
– А хороший парень, правда хороший. С виду – идеальный, не прошляпь. – Симонов опустился на подоконник.
– Постараюсь. Хотя я сложная. Ему бы кого-то вроде Риты. С такой девушкой он был бы абсолютно счастлив…
– А тебе тогда кого? – Денис поднялся и подошел к Яне недопустимо близко.
– Да никого. Мне одной-то бывает непросто, куда уж пару искать. – Яна попыталась отступить, но уперлась в ограждение.
– Можно я тебе скажу кое-что? – Симонов казался предельно серьезным. – На ушко.