– Ну хватит, зайка. Хочешь, на колени встану?
– Понимаю, сама виновата, – продолжала сама с собой Рита. – Мечтала о принце, который придет и разом решит все мои проблемы, вот и вцепилась в тебя как дура… – Голос ее стал тише и печальнее. – Дура-дура-дура! – прокричала она секундой позже, несколько раз ударив себя кулаком по голове.
– Рита! Господи! Что сделать, чтобы ты мне поверила? Я только тебя люблю! Только с тобой хочу быть! – Не сдержавшись, он бросился к супруге и крепко обнял ее за сотрясающиеся плечи.
Рита плакала как на похоронах, и отчасти это было правдой. В ту самую секунду она хоронила веру в идеальную семью и лучшего на свете мужа. И все же Рита обняла его в ответ, а Денис, заметив это, облегченно выдохнул.
– Я ужасно перед тобой виноват. Но обещаю, больше такого не повторится. Никогда. Давай завтра все обсудим, если захочешь, а сейчас пойдем спать?
– Хорошо, – слабо отозвалась зареванная Рита.
– Как малыш? – Денис помог жене подняться и неспешно повел ее в сторону спальни.
– Нормально. Нервничает вместе со мной, но это ничего. Можно я сегодня одна побуду?
– В каком это смысле? – оторопел Симонов. – Мне уйти?
– Пожалуйста, – взмолилась Рита. – Я очень плохо себя контролирую. Переночуй в гостинице. Мне так проще будет.
– Но если с малышом чего? А я…
– Все будет нормально, я же сказала. – Рита закрыла двери в спальню.
Денис взглянул на последствия застолья, но решил, что уберет все утром. А пока – он и сам не прочь выспаться. По крайней мере, отдохнуть от случившегося наедине с собой. Схватив ключи от служебного автомобиля, Симонов покинул дом. В тишине одинокой спальни вновь негромко разрыдалась Рита. Лежа на боку, она вспоминала моменты, когда сердце содрогалось в мучениях. Их было так много, что прокрутить в голове каждый не хватило бы и ночи. Но один всегда выделялся сильнее прочих…
…Яна посмотрела на нее лишь раз, покидая ненавистный Батор. Их с Ритой взгляды пересеклись на мгновение, после чего обе невольно отвернулись. Только причины у них были разные. Одна горела от стыда. Другую разрывало от боли. Тотальный перегруз. Слишком много эмоций для двух неокрепших умов, привыкших существовать в орбитах друг друга. Разлука оказалась такой внезапной и горькой, что весь Батор наполнился черной как копоть скорбью.
К Рите подходили с печально опущенными глазами, словно выражая соболезнования. Кто-то даже плакал, вспоминая трогательные моменты. Носова оставалась спокойной. На поверхности. Хотя внутри зияла дыра размером со вселенную. Большая черная дыра, которая затянула в себя остатки веры в добро и светлое будущее… И только главному чудаку приюта, Костику, все было невдомек. Он заглянул в опустевшую спальню с глупой улыбкой и задержался на пороге, не смея подобраться ближе.
– Чего тебе? – Рита захлопнула их с Князевой совместный фотоальбом.
– Ты Яну не видела? Я везде искал, нигде ее нет…
– Уехала она.
– А когда вернется? – Лицо Костика удивленно вытянулось.
– Никогда, дурной. Если тебя забрали в семью, ты уже не возвращаешься. И слава богу.
– Просто я… Я же ей подарок сделал. Как мне его теперь… – забормотал мальчишка. – Я ведь так… Костик очень…
Рите стало стыдно за ту грубость, с которой она отвечала ни в чем не повинному ребенку. Она заставила себя подняться и подойти ближе. Гордеев непонимающе вздыхал и крутил головой.
– Смотри, тебя тоже скоро усыновят, я что-то такое слышала…
– Правда? – Костик сжал крохотные кулачки в районе груди.
– Ага. И тогда ты сам сможешь передать Яне подарок. И вообще, будешь видеться с ней в любое время.
– Честно-честно? – Глаза пацана загорелись радостью.
– Конечно. В городе все видятся друг с другом сколько захотят. Так что не унывай, малой.
– А ты тоже с нами будешь видеться?
– Не знаю. Наверное, – соврала Носова. – Однажды мы все отсюда выберемся.
Костик помолчал, обдумывая слова Риты, а затем нырнул в карман дурацких коротких брюк и вынул оттуда браслетик.
– На!
– Так это же для Яны…
– Я ей другой сделаю. Потом. Пусть этот тебе будет.
Слабая улыбка появилась на печальном лице. Рита приняла подарок и тут же застегнула его на запястье.
– Спасибо, Костик.
– Я думал, ты злюка, а ты хорошая. Пожалуйста, – рассмеялся Гордеев и убежал, не дождавшись ответа…