- Ага, счас. - я вызвал Мачо.
- Лёш, пошли кого-нибудь в разведку, пусть источник поблизости поищут.
- Дык, уже. Муха ещё утром нашёл. - обиделся он.
- Вот шустрила! - мотнул головой Пен-кэп.
- Петь, с Островом связывались? Как там?
- Нет, до связи ещё 40 минут. Разные пояса. И раз мы уже здесь, нужно пристроить куда-нибудь радио-маяк. А второй, я думаю, на обратном пути на острове Змеиный оставить.
- Вот и озадачь Шороха. Пусть прикинет, посчитает, место подберёт.
- Озадачу, - согласился капитан. - Сегодня ужинаем раньше, перед «берегом». Доктор в той компании есть категорически отказывается, только пить крепкий алкоголь в целях дезинфекции.
- Ладно, пойду по монитору местные достопримечательности поизучаю. - я направился в свою каюту, а Пен спустился к Николя.
Поужинали особо не рассиживаясь. Солнце коснулось скал и мы стали грузиться в шлюпки. На пляже уже закончили пятый навес. Пляжники: кто валялся на песке, кто плескался в море. Две поварихи суетились возле котлов, ещё четверо у воды дочищали картошку и уже крошили её. Остальные девчата сидели под «швейным» навесом и чего-то там «творили». Творили и трое чеботарей под тентом «Скорохода». Я направился к ним.
- Бог в помощь, православные! Как тут у вас?
Мужички степенно поклонились в ответ. - Работаем, Антон. Вона, четыре пары «макасинов» уже бегают. - Тарас кивнул на резвящихся неподалеку детишек. Четверо самых маленьких уже щеголяли в обновках.
- Эй, малец! Подь сюды! - позвал я одного хлопчика.
- Чего тебе, дядьку Антон? - подбежал обутый.
- Обувку свою покажь. - я присел перед ним и он вытянул вперёд ногу. Чуни, конешно, были не от лучших модельеров Европы, но вполне удались.
- Ну-ка, сними. - попросил я. Он плюхнулся голой попой на песок и пыхтя стал развязывать кожаный шнурок. Справился, наконец, стянул чобот с ноги и протянул мне. Затем принялся за второй.
- Другой оставь. - прервал его я.
«Максин» получился на славу. Верх из мягкой, кажется козлиной кожи (не разбираюсь я в них), крашеной в тёмно-синий цвет. Снизу пришита подошва из вдвое толстой кожи, некрашеной. От носка к подъёму аккуратный наружный шов, выше шнуровка в пять стежков. Ещё два шва по бокам ближе к пятке шли от подошвы к «косточкам». Голенище поднималось выше косточек всего на 3-4 сантиметра. Для начала сойдёт. Чай, не графья!
- На, малец. Одевай снова и носи на здоровье. - я протянул по-прежнему сидящему хлопчику его чоботок. - Тебя как зовут?
- Стёпкой, дядьку Антон. - с достоинством ответил клоп, натягивая на ногу обновку.
Я вернулся к сапожникам. Под навесом лежали несколько довольно крупных и явно опиленных чурбаков из плавника, на которых видно кроили кожи. Мастера сидели на матрасах-лежаках с кораблей и сосредоточенно шили, каждый своё.
- Хлопцы! Так дело не пойдёт! - отвлёк я их от работы.
- Не ра-ци-о-на-льно работаете. - по-складам выговорил я. - Медленно, не так-то нужно!
- А як? - вызверился на меня хохол.
- А так! Шо ви таки мене туточки саботажничаете, как советские колхозники! - обрушился я на них. - Хто так работает? Ви мене передовой конвейерный метод товарища Форда предоставьте, современную буржуйскую технологию покажить!
Мужики заметно прифуели, припухли и смотрели на меня квадратными глазами. Моя политпросветовская и прогрессивная агитация повергла их в глубокий шок.
- А как надобно-то, батюшка? - проблеял «базарный».
- Делайте четыре-пять мерок: для мелких и больших ребятёнков, для девок, для мужиков средних и здоровущих. Делаете по этим меркам лекала. По этим лекалам один режет и кроит кожи, другой подошву пришивает, а третий верх шьёт. У кого что лучше получается. - пояснил я. - Так-то быстрее будет.
- А шо, хлопцы! Антон дело кажет. - поддержал меня Тарас. - Давайте спробуем!.
- Во-во, спробуйтэ. - и направился на «Большевичку» внедрять передовые поточно-конвейерные технологии.
С девоньками получилось несколько дольше. Девки оказались закостенелыми и упёртыми консерваторками. Ярыми индивидуалками. Каждая мнила себя Бурдой или на крайняк Юдашкиной. Пришлось нажать, построжить и даже пригрозить оставить «без сладкого» на ужин. В конце-концов уломал.
Лёха сидел в шлюпке и чего-то потягивал из пластиковой бутылки. Я подсел к нему и отобрал бутыль.