Я чуть не заржал в голос. Знала бы она, что этот старик, не моргнув глазом положит всех нас троих за одну секунду. Наверняка у него резерв ядра не меньше, чем у меня энергии во всем теле, а уж про опыт — я вообще молчу.
— Интересные у вас взгляды, молодой человек, — послышался старческий, скрипучий голос, а я поморщился.
Переигрывал дед, даже очень. Наверняка вместо этого скрежетания имел вполне себе неплохой бас. Еще бы тремор изобразил... Вместе с тем баулом, который он тащил на себе, смотрелось бы довольно забавно.
Ивлеева, поняв, что со мной каши не сваришь, а точнее — покровительства в моем лице не приобретешь, перестала обращать на меня внимание, демонстративно отвернув длинный нос в противоположную сторону. Ее племянник, до этого не вступавший в диалог, немного помялся, попытался открыть рот чтобы заговорить, но вновь его захлопнул.
Ага, значит в их тандеме тетушка была главной, этого стоило ожидать.
Николай Петрович демонстративно вытащил из пакета завернутую в фольгу копченую корицу, четыре яйца, шмат сала, пару соленых огурцов и полбуханки хлеба.
— Максим, присоединитесь? — поинтересовался он нейтральным тоном, ничем не выдавая своей заинтересованности.
— Почему бы и нет, — пожал плечами.
Я хоть недавно перекусил, но от заполнившего ноздри ароматного запаха, аппетит вновь разыгрался не на шутку.
Ивлеева брезгливо посмотрела на лежащие на столе продукты и демонстративно заткнула нос двумя пальцами.
— Антон, пойдем, поужинаем в вагоне-ресторане, а-то тут воняет.
Племянник что-то пробурчал на заявление тетки, но послушно поднялся и поплелся следом, мимоходом оглянувшись, бросил взгляд на снедь и громко сглотнул.
Как только парочка захлопнула за собой дверь, перевел настороженный взгляд на деда, не зная, что от него ожидать.
От предстоящего разговора зависело многое.
Николай Петрович выглядел расслабленным и вальяжным, даже глаза прикрыл, бросив в рот маленький кусочек сала и с причмоком прожевал, но я не обольщался на его счет, зная, что в любое мгновение дед может ужалить смертоносным заклинанием.
— И чего ты смотришь на меня как мышь на удава, словно я брошусь на тебя в любое мгновение? — лениво произнес старик, — Угощайся. Ничего не отравлено.
Покачал головой, хмыкнув себе под нос, а затем — отломив хлеба, захрустел соленым огурцом.
— Вкусно, — одобрил я, — Сейчас бы еще водочки... И вообще красота.
— Хе-х, а не мал ты водку лакать?
— В самый раз будет.
Я говорил и жевал, но сам не отводил взгляда от старика, готовый в любой момент отразить атаку или уйти с линии огня перекатом, а затем распахнув дверь, вывалиться в тамбур.
Главное, чтобы на той стороне не поджидал Ланцов.
— Ну, рассказывай, — отбросил старик все церемонии, став самим собой и являя передо мной силу, сразу же стараясь ей меня подавить.
Ага, щаззззз!
Наблюдая за действиями Николая Петровича, попробовал сделать то же самое что и он, выплескивая свою энергию навстречу дедовой.
Получилось слабенько.
Я увидел какое плетение старик соорудил, понял, как его повторить, но вот сам процесс воспроизведения у меня получился коряво и грубо. Пришлось держать себя в руках и не допустить лишнего всплеска, чтобы не создать дырку в обшивке вагона.
Николай Петрович почувствовал сопротивление и удивленно вскинул кустистые брови, собираясь поднажать, но заметив мои трясущиеся руки, упрямо сжатые губы и выступившую на лбу испарину, примирительно хмыкнул, усмиряя свои силы и ставя защитный блок, чтобы удержать мой поток силы.
— Прекращай парень, а то расхерачишь тут все. На чем мы дальше поедем?
Хотел ответить на чем, но промолчал, постепенно прекращая давить своей энергией.
— Кто ты такой? — сощурил глаза старик, — Где научился работать с сырой силой?
— Аналогичный вопрос? Кто вы такой? Что-то не больно похожи на простого безродного работягу. Про дар я вообще промолчу.
— Кто я — не имеет значения, — Николай Петрович сурово нахмурился, — Я желаю знать про тебя. Дай мне хоть один аргумент, почему я должен оставить тебя в живых.
По спине пробежал холодок, и я поежился.
Может правда сдохнуть, а затем вновь воскреснуть, желательно уже не в поезде, а где-нибудь в лесочке недалеко от Рязани.
Ага, как же... Вряд ли мне так повезет, а светить своим бессмертием перед стариком не хотелось. Тем более, он был как-то связан с Ланцовым. Выяснить бы еще как...