— Чего он делает? — прошептал мой новый союзник.
Пожал плечами.
— Понятия не имею, самому интересно.
Постарался прислушаться и понял, что не понимаю ни слова. Какая-то абракадабра, еж ее заколи.
— Все, можете заходить безбоязненно, — бросил старик, прекратив свои манипуляции и не поворачивая головы в нашу сторону, направился к дому.
Мы с Антоном последовали за ним, но на полпути остановились, оглядываясь на оставшуюся стоять Надежду, которая, поджав губы и уперев руки в бока, гневно смотрела на нас и нетерпеливо постукивала ногой по земле.
— Чего это она? — поинтересовался у парня.
Антон глубоко вздохнул и медленно выдохнул, видимо прогоняя раздражение.
— Тетушка, — произнес он обманчиво ласковым голосом, — ножками, ножками. Не забывайте, что они у вас имеются. Я не тягловая лошадь. Больше на руках не потащу.
— Неблагодарный, — выдала свое женщина и осторожно вступила на поляну.
— Смелее, — усмехнулся я, — здесь нечего опасаться, по крайней мере в данный момент.
Тетка Антона что-то проворчала, наверняка обозвала меня нелицеприятными словами, но все же пошла вперед.
Дом у Николая Петровича оказался добротный. Не сказать, чтобы большой, но и не маленький. Удобные сени, ведущие в горницу, просторная кухня со стоящей у дальней стены русской печью и две спальные комнаты.
Не плохое убежище по моим меркам, я бы даже сказал — шикарное. Здесь бы не от врагов прятаться, а отдохнуть от городской суеты недельки две: на охоту сходить, в баньке попариться.
Кстати, а банька-то тут имеется?
Скорее всего нет, но да ладно. Мы все же не на турбазу приехали, а в скрыт мага попали, да не абы какого... Уверен из нашей братии мало кто открывает незнакомцам подобные секреты.
— Располагайтесь, гости дорогие, — продолжил ерничать старик, — чувствуйте себя как дома.
Я только хмыкнул, заметив сарказм деда, а вот Надежда явно не поняла, тут же подорвавшись и по-хозяйски начала засовывать нос во все, до чего могла дотянуться.
Николай Петрович только закатил глаза, видя подобную женскую непосредственность.
— А ведь аристократка. Куда подевалось все воспитание?
— Аа-а-аа, — махнул рукой Антон, — Не обращайте внимания. Она на самом деле неплохая и даже местами умная. Просто за последние годы выработала свою линию поведения и ее придерживается. Тетушке так жить проще. Она десять лет назад после смерти мужа и сына так и не оправилась полностью. Теперь бросается из крайности в крайность — то строит из себя дуру набитую, то истеричку, то высокомерную стерву. Честно говоря, я сам уже не помню, какая она настоящая. Единственное, что знаю наверняка — тетка меня любит, а это довольно многого стоит. Ведь из всего рода остались только мы вдвоем.
Хе-х, разоткровенничался парень, видать давно в душе назревало.
А банька у деда все-таки оказалась. Правда париться мы не стали, да и русскую печку топить не рискнули. Скрыт-скрытом и меры предосторожности нужно соблюдать, тем более где-то по лесу шастали наши преследователи.
Нет, простых людей с поезда я не опасался, но на данный момент на месте аварии уже должна была действовать полиция и представители ЧДР. Пройдет совсем немного времени, и они тоже пустятся по нашему следу, если уже не пустились. Именно из-за них стоило оставаться настороже, в этих структурах все-таки работали не полные профаны, а вполне себе высококвалифицированные специалисты, да и маги у них числились не чета нам с Антохой, до Николая Петровича, им, конечно, было далеко, но что я знал об этом, может они и старика могли переплюнуть.
А с подполом и запасом продуктов я угадал. Мы с дедом спустились вниз и вытащили пару банок баклажанной икры, маринованные грибочки, упаковку сухарей, банку тушёнки и закатанную в тару гречневую кашу с овощами. По мне, так прекрасная жратва. Это вам хоть и не черная икра, не рапаны с мидиями, но вполне сойдет на голодный желудок.
Надежда высказала свое возмущенное «фи», но как говорят, голод не тетка... Схомячила все, что положили ей на тарелку, да еще и добавки попросила.
Я чувствовал, что назревал разговор, но подумав решил дождаться удобного случая, по крайней мере того времени, когда Ивлеева отправится на боковую. Нечего нашей «мадам» греть уши.
Во время трапезы старик периодически поглядывал в окно и хмурился. Видя беспокойство, которое хотел скрыть Николай Петрович, я и сам немного разволновался.
— Что происходит?
— Все в порядке, — отмахнулся от меня дед, но сам еще раз выглянул на улицу и скрипнул зубами.