— Прямо сейчас? — растерялась женщина.
— Да. А чего тянуть? Чем раньше начнем, тем раньше закончим.
— Хорошо. Что я должна делать?
— Ничего. Просто постарайтесь не нервничать и не шевелиться.
— Я и так почти не двигаюсь, думаю, с этим проблем не будет.
Усмехнулся.
— Шутите? Значит все у вас должно пойти на лад, а я этому поспособствую. Во-первых — сначала проведу диагностику организма, потом — уберу болевые симптомы, залечу пролежни и постараюсь хоть немного вернуть чувствительность. К сожалению, в первый раз придется ограничиться лишь этим.
— А будет второй? — в глазах Олеси вновь вспыхнула надежда.
Я вздохнул. Не хотелось разочаровывать женщину, но и соврать я не решился.
— Я приложу все усилия, чтобы был. Вам предстоит долгое лечение. За пару дней, увы, ваш недуг не побороть. Жаль, что мне придется завтра уехать, но, я могу гарантировать, что вернусь при первой же возможности. Я никогда не оставляю на полпути то — за что взялся. Придется подождать немного подольше, набраться терпения, но в конечном итоге, обещаю, что вы встанете на ноги.
Диагностику я научился проводить наблюдая за действиями Светланы еще в городском поместье рода Орловых. Это не требовало особых знаний и энергетических затрат, поэтому потер ладони друг о друга и одобряюще улыбнулся лежащей на постели женщине.
— Приступим.
Чем больше смотрел. Тем больше унывал. Поражения нервной системы оказались куда глубже, чем предполагал ранее, мышцы сильно атрофировались, да и вообще — все состояние Олеси оставляло желать лучшего.
Эх, сейчас бы сюда Волкову или хотя бы оборудование из ее лаборатории.
Покачал головой.
— Все настолько плохо? — заметила мой непроизвольный жест женщина.
Скрывать не стал.
— Не очень хорошо, но поправимо.
Приступил к лечению, формируя небольшие плетения и направляя их в поврежденные участки тела. Работал не торопясь, зная, что большого эффекта все равно не добьюсь. Необходимо было для начала хотя бы поднять иммунитет женщины, понизить утомляемость, убрать последствия возникшие в следствии длительного паралича.
Сразу плести громоздкий конструкт, чтобы обрушить его на неподготовленное тело — было бы подобно убийству. Олеся просто не выдержала бы такого количества энергии, организм мог запросто отказать — не справившись с сильным потрясением.
Сложность опять же возникла в том, что пришлось дозировать энергию. Хоть после занятий с Петровичем я и научился ее тянуть, как нитку из закрученного мотка, все еще опасался, что в какой-то момент не удержу, нарушу концентрацию и жахну не сдержавшись.
Обидно было еще и от того, что лечебных плетений я знал очень мало. Один-два и обчелся. Приходилось изворачиваться, используя то, что имелось под рукой. Словно по наитию иногда менял саму структуру — пару завитков, не больше. Отчего-то был уверен, что все делаю правильно. Даже сомнений не возникло в том, что могу напортачить и вывезти какую-нибудь хрень, которая отправит женщину на тот свет. Не знаю, откуда пришло это знание, но я остался за него благодарен.
Энергии тратились всего лишь крохи, но плетения оказались до того тонки, что иногда приходилось по нескольку раз начинать все сначала. Нити рвались, не выдерживая напора, и я, стиснув зубы, опять принимался за работу.
Не представляю, сколько так просидел у постели женщины, стараясь хоть немного поправить ее здоровье. На проверку результата не отвлекался.
Только когда почувствовал, что от напряжения начало сводить конечности, а перед глазами заплясали черные точки, прекратил все манипуляции.
Вытер скатывающийся по лицу пот и посмотрел на дело рук своих.
Олеся выглядела намного лучше. Ушла нездоровая бледность, на щеках появился румянец, исчезли пролежни, тонус мышц повысился, не сильно, но по сравнению с тем, что было раньше — вполне ощутимо.
Конечно, подвижность тела не вернулась, об этом и говорить не стоило, но все же прогресс был заметен налицо.
— Вот так, — улыбнулся устало, — На сегодня все.
— Спасибо, — прошептала женщина со слезами на глазах.
— Ерунда.
— Максим, — после небольшой паузы произнесла Олеся, — Вон там, откройте. Второй ящик справа.
— Хорошо.
Сделал как меня попросили.
— Шкатулку видите?
— Да.
— Достаньте. Там колечко золотое и браслет. Мне от матери достались. Теперь они ваши. Я знаю — это невесть что, но...
— Так, перестаньте, — рыкнул в ответ, — Ничего я у вас не возьму. Выбросите эту дурь из головы. Как сказал ранее, мне необходим только сытный ужин и хороший сон. А это — оставьте себе. Вы еще женщина молодая, поправитесь, замуж выйдете, может даже дочку родите — сестренку Славке, вот ей и передадите в наследство.