Когда-то, в ранней юности, я убил воробья. Убил, совсем этого не желая. Я стрелял из рогатки недозрелыми сливами. На ветке сидел воробей. Я решил попробовать - попаду или нет. Попал. Мне даже в голову не пришло, что слива может убить птицу. Воробей упал, а я застыл в ужасе от происшедшего, всё ждал - вот сейчас, он очнётся, оживёт, встанет и улетит. Но он не ожил. Я был потрясён. Я совершил убийство. Я - убийца! Мне захотелось всё исправить, повернуть время назад, не убивать невинное существо... Но это было невозможно. Я похоронил воробья и больше никогда не брал в руки рогатку. Долго потом переживал, казнил себя за тот ужасный поступок. В юности все чувства острее, всё случившееся производит гораздо более сильное впечатление, чем в зрелые годы. С течением времени эти чувства притупляются, уходит боль, но ничего не исчезает совсем...
Потом была война. Убивали моих друзей. Убивал я. Всё было иначе, чем в детстве. Но легче не было. Враги тоже люди, они тоже хотели жить, они тоже пришли в этот мир, чтобы быть счастливыми, а не для того, чтобы я их убивал.
Другие животные, населяющие нашу планету, гораздо лучше человека. Можно даже утверждать, что они гораздо человечней человека. Они не убивают, если сыты. Они не убивают, если их потомству ничего не угрожает. А самое главное - они не убивают себе подобных! Ну, разве что за редким исключением... Человек же, может убить другого человека просто так, не от голода, не от страха за потомство, а просто так - взять и убить. А если ещё, при этом, убийство поможет ему нажиться или захватить власть - то тем более! Человек - самый худший из зверей.
Томимый этими тяжёлыми раздумьями, я решил прогуляться. Это было опасно, но надо жить, жить независимо оттого, сколько ещё осталось, независимо оттого, что там притаилось впереди. Проходя по речному мосту, я не удержался и задал вопрос одинокому рыбаку:
- Вы что, в самом деле рассчитываете здесь что-нибудь поймать?
- Какая разница. Смысл не в том, - лениво ответил городской ловец.
- А в чём же? - опешил я.
- В процессе, - как-то сразу оживился мой собеседник. - Я, рыбак, насаживаю на крючок наживку и начинаю охотится на рыбку. Понимаете, я охотник, а не наоборот. И мне вполне достаточно чувствовать себя охотником - хищником, а не добычей, чтобы получать от этого процесса полное удовлетворение.
Вот она - правда жизни! Все делятся на охотников и на добычу. Все бегают, ловят друг друга, вырывают чужой кусок или грызутся за свой. Вот и я попал в такой кругооборот . Обидно только, что роль мне отведена уж совсем незавидная - я не охотник, я даже не добыча - я обыкновенная наживка! На меня ловят друг друга как правоохранительные, так и криминальные структуры. Ловля на живца хороша только в том случае, если роль живца отведена не тебе.
Я с досадой махнул рукой рыбаку и пошёл своей дорогой, не желая больше общаться с очередным философом-любителем. Хотя, вне сомнений, рыбная ловля располагает к философским раздумьям... особенно бессмысленная рыбная ловля.
Так вот почему я никак не могу реализовать своё стремление пойти ва-банк, - меня просто не пускает крючок. Мне отвели роль червячка и как не крутись, как не извивайся - другого не дано. Это очень грустно...
- Мужчина, у вас не найдётся прикурить?
Я оглянулся. Длинноногая брюнетка, небрежно держа между двух пальцев сигарету, выжидательно смотрела на меня. Я оглядел её соблазнительно-аппетитную фигуру и привычно подумал, что здесь есть над чем поработать. Однако, чрезмерный макияж и невероятной длины ногти, отталкивали от неё, как от объекта вожделения.
- Я не курю, - честно признался я, впервые не пожалев о том в подобной ситуации.
Она ещё что-то говорила, о чём-то спрашивала, явно напрашиваясь на более близкое знакомство, но я абсолютно не реагировал на эти потуги. Нет, ещё несколько дней назад, я непременно бы воспользовался возможностью познакомиться с таким телом. Но теперь, всё было иначе. Когда в сердце поселилась любовь, а душа запела от счастья, то не позволит разум телу изменить с другим, пусть красивым и сексуальным, но нелюбимым телом, не позволит опошлить это высокое чувство - любовь - изменой, предательством. С трудом избавившись от назойливой девицы, я продолжил свой путь.
Всё-таки удивительно как женщины любят злоупотреблять макияжем. Это так некрасиво. Ну там, завуалировать слегка некоторые изъяны, или подчеркнуть некоторые достоинства - это нормально. Порой диву даёшься, когда красивая, привлекательная девушка начинает штукатурить своё лицо до образа циркового клоуна. В цирке это смешно, а в жизни просто грустно. Проходит не так много времени периода активного применения косметики (которая, даже самая дорогая и натуральная, портит кожу), как уже без неё становится невозможно показаться на люди. Это уже зависимость. А ведь все эти вредные вещества и в организм проникают... Ещё хуже обстоит дело с ногтями. Ну ладно маникюр, ну можно разрисовать их во все цвета радуги, но зачем отращивать до невероятных размеров? Большинство женщин объясняет это желанием нравиться мужчинам, а я (по невероятному стечению обстоятельств) ещё не встречал ни одного мужчину, которому бы нравился этот "стиль Бабы Яги". Парадокс!