Прав полковник Тихий. Прав. Его опасения по поводу Румынова, я не воспринимал всерьёз, но теперь, после личного знакомства с этим психом, не сомневаюсь - Тихий прав. Какое счастье, что так повезло с бронебитом. Но это ещё не конец. Они опять что-нибудь придумают, и кто знает, насколько быстро... Надо спешить. Как много зла начало появляться в последнее время. Зло выползает из всех щелей на улицы нашего города, оно питается всей той отрицательной энергией, которую мы излучаем, которую мы выливаем друг на друга, совершенно не задумываясь, что она накапливается вокруг нас и, рано или поздно, возвращается к нам, но уже в более усиленном виде. Зло начинает нами управлять. Мы - порождающие зло - становимся его рабами!
Такое положение вещей - прямая дорога к самоуничтожению. Если Всевышний захочет уничтожить какой-нибудь вид животного мира, то он должен наделить его представителей интеллектом, не додав, при этом, культуры. Очень хочется надеяться, что это не наш случай.
День прошёл в размышлениях над очередным крутым поворотом в судьбе - меня решили втянуть в политику. Как говорил Шерлоку Холмсу его брат: "Ты будешь иметь дело не с жуликами, а с политиками, поэтому - не верь никому, не единому слову". Он был прав. Верить политикам - обманывать себя. Верить же таким политикам как Румынов, означает - потерять остатки разума. Зачем он приходил? Почему именно ко мне?
Политики утверждают, стыдливо опуская глаза, что политика - это грязное дело. Мне иногда кажется, что будь у политиков чистые руки, то и сама политика была бы чистым делом - некому было б её замарать. Сначала испачкаются в грязи по самые уши, а потом лезут в политику, оправдывая свою мерзость грязным делом - политикой. Им бы следовало помнить, что руки можно отмыть, а совесть и душу - никогда. Нет, никогда я не буду заниматься политикой...
Да и бизнесменом мне не быть. Там всё тоже самое. Мы не создаём условий для честного предпринимательства, а потом удивляемся, что среди бизнесменов одно ворьё. Во время передела собственности, которого иначе как криминальным не назовёшь, нас усиленно приучали к мысли, что надо отдать все предприятия людям, у которых есть начальный капитал (то есть ворам, бандитам, казнокрадам), и они, после этапа накопления, превратятся в законопослушных бизнесменов. Это очевидное заблуждение. Большие деньги могут из законопослушного человека сделать преступника, но ещё не было случая, чтобы большие деньги превратили преступника в законопослушного человека. Воруют не до определённого предела, когда уже не надо быть нечестным, напротив, чем больше наворовано, тем больше ещё хочется - этого требует воровская психология. А когда жулики начинают осознавать, что деньги - это власть, то уж тут снимаются все ограничения, как материальные, так и моральные.
Очередная попытка поработать потерпела очередную неудачу. Я сидел за компьютером, а вдохновение не приходило. Всё-таки электроника обездушивает творческий процесс, лишает его какой-то изюминки и легкости... То ли дело в старину - чернильница, гусиное перо, свечи, камин. Мечта поэта! А сейчас что? Садись за компьютер, ставь рядом чашку с кофе (вместо бокала красного вина), да строчи примитив на потребу дня. Как это грустно...
Я хотел бы быть поэтом, - по ночам, возле камина, сочинять лирические стихи, а утром вместе с любимой мчать на тройке рысаков по ослепительно-белому снегу, да чтоб мороз стоял трескучий, а потом, среди берёзок и елей, читать свои стихи и целовать невероятно сладкие, потрескавшиеся на морозе, губы любимой...
Мои мечтания были безжалостно прерваны Алисой, которая с порога объявила:
- Марк, одевайся, мы едем в театр! Я купила два билета.
Мечтатель! Сочинитель! Всё в облаках, да в облаках, а о том и забыл, что надо повести женщину в кино, в парк, в театр, да хотя бы просто на мороженое!
- Один - ноль, в твою пользу, - сказал я. - Но я исправлюсь. Свожу тебя... Ну хотя бы на митинг, Румынова послушать.
- Куда ты меня сводишь? - грозно переспросила Алиса.
- А что такого? Он мне сегодня предложил пост министра печати и пропаганды. Я, правда, хотел портфель министра культуры, но и...
- Ты встречался с Румыновым?! Где?
Алиса забыла о театре и встревоженно смотрела на меня. Я подробно рассказал о нашем утреннем рандеву.
- Да, но Румынов - это плохая компания, - сказала Алиса, когда я закончил свой рассказ.
- Как бы не пришлось встретиться с ещё более плохой компанией, в которой Румынов - простая шестёрка.