Самое удивительное, что и она не ожидала здесь увидеть именно меня. Её молчаливое удивление длилось почти минуту, но затем, даже как-то обрадовавшись, она сказала:
- Привет, котик. А я к тебе.
- Проходи, Вика. Как ты меня нашла.
- А это мой секрет, - жеманно просюсюкала "повелительница шеста".
Врёт. Явно врёт. Не ко мне она шла. Чтобы это всё значило? Одета с иголочки - по высшему разряду. Нет, стриптизёрши так не одеваются. Её "прикид" тянул на весь мой гонорар за книгу. Да и макияж был не вызывающий, а скорей профессиональный, сделанный для "высшего света". Что за метаморфозы?
- Угостил бы даму, котик, - томно прошипела она. - Я люблю "Амаретто".
Я достал из настенного бара бутылку итальянского винного коктейля и налил ей полный бокал. Она залпом его осушила. Нет, в высшем свете так не пьют. Я налил ещё. Она отхлебнула пару глотков и начала не двусмысленно намекать, что пора нам познакомиться поближе. Разгораясь с каждой секундой всё сильней, она стала просто "рваться из платья". Бормоча что-то невнятное, Вика бросилась мне на шею. До поцелуев дело не дошло - я схватил её за руки и усадил на диван.
- Давай, рассказывай. Кто тебя прислал? - сказал я с угрозой в голосе.
Глаза её испуганно забегали. Вероятно, "подготовленная легенда" лопнула, а придумать на ходу новую версию, было ей не по силам.
- Я не понимаю... Никто меня... Я хотела тебя увидеть.
- Хватит врать!
В этот момент, по законам жанра банального любовного романчика, в дверном замке зазвенели ключи, и в квартиру ворвалась Алиса. Увидев Вику, она, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, воскликнула:
- Значит - это правда!
- Что правда? - спросил я, хотя уже и сам начинал понимать суть этой "подставы".
- Что ты тут с ней... Как ты мог? Я тебе так верила! - чуть не плача кричала Алиса.
Житейский опыт мне подсказывал, что самая лучшая оборона - это нападение. Я решил перехватить инициативу.
- Правильно делала, что верила! И сейчас нет причины, чтобы во мне сомневаться.
- Кто это?
- Это Вика - стриптизёрша из "Сириуса", моя знакомая, - спокойно признался я. - Я как раз пытался дознаться, кто её сюда прислал. Она и сама не подозревала, что встретит здесь меня.
Тут меня осенило.
- Мерзоянов... Тебя прислал Мерзоянов!
Лицо моей гостьи перекосилось от страха, и она с такой прытью бросилась бежать, что я даже не успел её остановить. Бежать вслед совсем не хотелось. Действовать по законам бульварного романа? Ну уж нет. Я до этого не опущусь. Тем более, что я работаю в другом жанре...
Алиса стояла и растерянно смотрела то на меня, то на распахнутую дверь, то снова на меня. Она растерялась. Я решил немного "поатаковать".
- Как же тебе не стыдно?! Как можно, без веской причины, оскорблять человека подозрением?!
Алиса вовсе опешила.
- Мне позвонили и сказали... Я не знаю... У меня потемнело в глазах. Я хотела убедиться...
- Глупая, - я обнял любимую. - Сначала, они пытались меня убить. Затем, они решили меня купить. Потом соблазняли головокружительными перспективами. А теперь решили скомпрометировать в твоих глазах, дабы разлучить нас и, соответственно, лишить меня душевного равновесия. Всё правильно. Всё по плану. Только со стриптизёршей, в роли светской львицы, они явно перестарались... Как-то это выглядит банальным и, в сравнении со всем предыдущим, даже несерьёзным. Опускаться до бытовой подставы... Впрочем, это может быть личная инициатива Мерзоянова... Ты чего, Алиса?
- Если ты меня предашь - я умру, - тихо сказала она, и громко разрыдалась.
Спустя час, когда всё успокоилось, Алиса отправилась на работу, а я начал размышлять - что же ещё они придумают?
Первым делом, конечно, они должны были сфабриковать против меня какое-нибудь дело, чтобы хотя бы на время изолировать от происходящих процессов, но как это сделать, если у меня уже есть прикрытие и в прокуратуре, и в службе безопасности, и в полиции я уже пользуюсь популярностью (после налёта на завод).
Раздался телефонный звонок. Звонил Берг Борис Борисович - мой издатель. Три Бе, как за глаза, я его называю. Он поделился радостной новостью: мои книги начали раскупаться со страшной силой. Скоро издательство намерено улучшить условия моего контракта. Как ни странно, но никаких чувств у меня это известие не вызвало. А ведь ещё совсем недавно так волновался, переживал, сам бегал по магазинам и книжным точкам - узнавал: покупают ли мою "гениальную" беллетристику.
Да, произошла переоценка ценностей. Я понял, что все мои макулатурные детективы, написанные на потребу дня, не стоят одного моего поступка с бронебитом. Я не совершил ничего героического - просто повезло, но всё же... Со временем, все мои произведения уйдут в небытие, а люди, мной спасённые, будут жить, рожать детей, а те, в свою очередь, будут рожать своих детей, - и все они будут создавать духовные и материальные ценности. Кто-нибудь из них (всякое может быть) станет вторым Ломоносовым, или вторым Пушкиным... Лишь бы вторым Румыновым никто не стал. Нам и одного - слишком много!