Квартира оказалась в идеальном порядке, в котором её, в последние дни, поддерживала больше Алиса, чем я. Но тем не менее, мне стало не по себе - в квартире кто-то побывал! Однако никаких признаков этого не было видно. Почему же я так решил? Откуда взялось чувство чужого присутствия? Вроде всё как всегда - каждая вещь на своём месте... Точно! В этом и суть.
Дело в том, что я люблю порядок, и у меня каждая вещь находится в строго отведённом для неё месте. Такое строгое расположение вещей в квартире вырабатывалось в течении многих лет холостяцкой жизни. И сейчас все вещи находились на своих местах - до миллиметра! Но этого не могло быть, так как уборкой занималась Алиса. Как она не аккуратна, но содержать порядок в строго моём вкусе, она, конечно же, не могла.
Генерал Маков не скрыл от меня, что они с самого начала установили в моей квартире прослушку. Думаю, они и обыск не забыли провести. А в лучших традициях госбезопасности всё, перед негласным обыском, фиксировать, а потом, по фотографиям, всё возвращать на свои места, как было до обыска. Несомненно, что при первом обыске они так и сделали, но этой ночью поленились и всё восстановили по ранее снятым фотографиям. Поэтому в квартире чувствуется моя рука, а вовсе не Алисы. Прокололись чекисты...
Стоп! Это, конечно, Служба Безопасности (бандиты так не будут церемониться). А конкретней, это, конечно, люди Макова. Но зачем это ему? Они сделали обыск раз. Возможно, что и не раз. Маков сам говорил, что его люди проверили квартиру в тот вечер, когда он кормил нас с Алисой ужином. Кто сказал, что они у меня только "жучки" искали? А теперь снова обыск. В третий раз. Зачем? Что-то не сходится. А если Маков ведёт "двойную игру". Да нет, он просто работает по принципу "доверяй, но проверяй". Как говорят люди его профессии: "Верить нельзя никому, а при наличии сомнений - даже себе!"
Бог с ним. У нас у всех проблемы. Все мы нервничаем и психуем. Бомбы не подложили - и ладно...
Когда пришёл Никита, я уже был совершенно спокоен. Всё-таки со Службой Безопасности мы по одну сторону баррикады, а если хотят меня рассматривать под микроскопом - пусть, главное чтобы в нужный момент они оказались рядом.
Жаль, но Никите не удалось добыть серьёзных сведений. Единственное, что он узнал, это что Тома селе в чёрную иномарку с тонированными стёклами. Ни марки, ни номерного знака, ни водителя никто не запомнил. Почему она так легко села в чужую машину? Да трудно ли обмануть ребёнка! Надо было инструктировать девочку по безопасности, а мы с Алисой думали о всём, кроме того, о чём надо было подумать в первую очередь.
На прощанье, я сказал Никите, как своему агенту:
- Оставайся на связи.
На что мой юный друг ответил в духе современной молодёжи:
- Будут бабки - заходи.
Я ещё немного побыл в своей квартире, которая уже мне начала казаться пустой и одинокой без Алисы. Даже когда её не было, уже не ощущалось прежней пустоты, так как я знал, что она придёт, сейчас или чуть позже, но придёт. А теперь Алиса была дома, и я знал, что она не придёт - оттого находится здесь было несносно. Я поехал к ней.
Гостеприимный дом по-прежнему был переполнен тревогой и ожиданием. Все нервничали, переживали и не находили себе места. Надежда Васильевна ходила с красными глазами. На Алисе тоже, как говорится, не было лица. Неожиданно, она сказала мне:
- Знаешь, за последние дни, Тамара все твои романы прочитала.
- Это приятно... Но не стоило ей читать такую беллетристику - это не способствует развитию хорошего вкуса.
Мы вошли с Алисой в, уже мне знакомую, комнату Тамары, в уютную, по-детски аккуратную. На этот раз, мне стало не по себе от обилия мягких игрушек.
"Где же сейчас ваша хозяйка?" - сокрушённо подумал я.
- А помнишь, Алиса, детство? Жизнь казалась солнечной и радостной. Было ощущение, что ещё немного, что вот-вот - и наступит полное счастье, что не будет горя, что все люди станут хорошими...
- Какие теперь у Томочки будут воспоминания о детстве?- сказала Алиса и заплакала.
Вскоре позвонили похитители. Говорила с ними Алиса. В конце разговора, она воскликнула:
- Я сейчас же приеду!
- Что? - спросили у Алисы хором, я и её родители.
- Они готовы вернуть Тамару. Я должна приехать за ней в пригородное кафе...
- Я с тобой, - заявил я.
- Ни в коем случае! Они требуют, чтобы я была совершенно одна. А иначе никаких гарантий безопасности для Тамары...