Глава 16
- Сколько можно держать меня в дверях, а, дядя Федя?! - наигранно жизнерадостно спросил я.
"Второй", который стоял, сразу вышел из комнаты. Знакомое лицо... Ах, да, это же депутат Кротов, криминальный авторитет, негласный владелец загородного завода... Нет, теперь уже не владелец.
А за столом сидел никто иной, как Мерзоянов! Да, цвет нации собрался. В этом "цветнике" только Румынова и не хватает для полного комплекта.
- Что же вы, дядя Федя, так неласково меня встречаете? - продолжал я в заданном тоне. - Может я вас чем-нибудь обидел? Вот и Крот убежал... Вероятно, он поехал на загородный заводик за французским коньяком! Шучу, шучу... А вот Гнус не убежал. Молодец! Благодарный зритель. Хотя с глазами у него большие проблемы. Когда валялся в постельке у любовницы - диск над головой висел, только руку протяни и возьми. Не туда смотрел, да и не тем местом думал, а Гнус?
Я ещё говорил какие-то колкости, но мои собеседники не отвечали, всё смотрели на меня злобно-растерянными взглядами. Наконец дядя Федя пробормотал:
- Здравствуйте, Марк Владимирович. Недооценил я вас. А вы, оказывается, не только детективчики стряпать умеете... Вы ещё и практически работать можете. Такие нам нужны.
- Какие такие?
- Смелые, энергичные интеллектуалы, люди дела. При этом, настоящие патриоты своей страны.
- Да, в самом деле - здесь только Румынова и не хватает, - сказал я с усмешкой. - Он бы залез на стол, да толкнул речь об истинном патриотизме и настоящей демократии.
- Румынов - только инструмент для достижения великих целей. Вам же, я предлагаю принять участие в управлении такими как Румынов.
Тут до меня дошло.
- Вы предлагаете мне записаться в ваш синдикат?! Фёдор Иванович, вы не заболели? Может спали сегодня плохо, или не с той ноги встали? Али грибочков не тех намедни поели...
- Я предлагаю вам войти в элиту страны, - серьёзно продолжал вещать Сомов.
Я, с наигранной радостью, всплеснул в ладоши.
- Боже мой! Как много лет я мечтал о том, чтобы лично познакомиться с людьми, которые являются элитой нации. Вот только, мне и в голову не могло прийти, что Крот, Гнус и Румынов - это элита страны. Бедная страна!
- А кто элита, ты, что ли? - не выдержал Мерзоянов.
- Не надо мне тыкать, - картинно возмутился я. - Мы вместе гусей не пасли, даже "шестисотых". Тоже мне проповедники новой демократии. Да вы не имеете никакого представления о демократии.
- Не нужна народу никакая демократия! Её на хлеб не намажешь! - воскликнул дядя Федя.
- Демократия, это не то, что намазывают на хлеб, - возразил я. - Демократия, это состояние общества, которое даёт возможности для создания того, что потом можно будет намазывать на хлеб, причём всем, а не только избранным. А что вы можете дать для всех? Только тюремные пайки! Загоните всех в зоновские рамки и будете вещать, что это временные трудности, что надо ещё немного потерпеть - и у всех всё будет... ну не у всех... и не всё... да скорей всего и не будет... Но надо потерпеть!
- Хорошо. Давайте не будем ссориться, - сказал дядя Федя. - Все мы патриоты...
- Да! - снова не выдержал я. - Вы патриоты! Вы готовы грудью встать на защиту Родины... За нашими спинами! Ради светлого будущего, вы готовы отдать всю кровь до последней капли... Нашу кровь! В борьбе с врагами народа, вы готовы весь народ сделать "врагом народа". Ради своего прихода к власти, вы готовы взорвать бронебитом целые жилые кварталы...
- Ради великого приходится жертвовать малым, - заявил продавец книг.
- Тогда пожертвуйте собой и своими криминальными друзьями! - выпалил я. - Вы и есть то самое малое, пожертвовав которым, можно сделать жизнь людей лучше и безопасней, мораль чище, духовность богаче...
- Мы лучше пожертвуем тобой, - пробурчал Мерзоянов.
- Действительно, Марк Владимирович, вы не боитесь умереть? - спросил дядя Федя.
- Страшна не смерть, а её ожидание. Но ведь, вы не позволите затянуться ожиданию?
- Как знать, - улыбнулся Сомов.
К этой улыбке не хватало таких небольших клыков - сразу бы всё стало на свои места.
- Думаю, - ответил я улыбкой на улыбку, - что вы меня будете беречь, хранить и холить.
- Вы оптимист, мой друг.
- Я реалист.
- Вы романтик, а романтик не может быть реалистом.
Наш разговор из идейной плоскости пустого словоблудия благополучно перешёл в плоскость сложившейся реальности, а значит пора было уже начинать диалог по существу.