Мы промокли, но стояли и махали удаляющейся на внедорожнике "Mazda" семье местных островитян, так неожиданно оказавшим нам помощь.
- Они - маори! Шеф зря меня запугивал перед перелетом сюда. Никакие они не агрессивные! Очень внимательные и приветливые! - перекрикивая дождь и ветер, говорил слишком взволнованный Мил.
Я даже похлопал его по плечу.
- Дружбан, успокойся. Все путём! Сам в шоке, ведь не сдрейфили, выполнили задуманное! Маро, если бы только был жив, оценил бы...
Мы наконец-то сели в авто. Пропустили плетущийся в гору старенький потертый "Сampervan", и только тогда мой друг завел мотор.
Теперь наступила моя очередь побыть пассажиром. Я переключил климат-контроль на двадцать пять градусов, чтобы согреться в промокшей одежде. Оставалось еще примерно два часа пути до города Крайстчерча, где у нас был забронирован номер в отеле. Покрытия спутниковой и интернет связи по-прежнему не было.
- Если по-честному, струхнул и очень, что мы полезем по крутизне, где слетел автомобиль Марека! - признался я.
- Не думаю, чтобы нам удалось без проблем спуститься, а потом подняться наверх. Там запросто можно серьезную травму получить. Хорошо, что эти люди случайно нас заметили и помогли. Нехилый обрыв... Бедный Марек! Какой ужас ему вместе с невестой пришлось пережить, падая вниз...
Некоторое время мы ехали молча, слушая только голосовые указания наконец-то проснувшейся навигационной.
- Ты что-то хотел мне рассказать о Йелице... - напомнил я другу, когда мы миновали сложный подъем и начали спускаться в долину по более широкой полосе дороги.
- Как женщина, любовница в постели, она меня удовлетворяет. Но если бы мы ни были коллегами на фирме, то поговорить дома, кроме как о работе, нам вообще не о чем! Ее не интересуют даже наши близкие, их даты, события и приглашения на праздники...
- Подожди! Но ты как-то ей объяснил, куда летишь на целую неделю? А перед этим наверняка она выслушала все о Мареке Хорвате?! Что он был за человек, если даже после смерти ты и я летим на край Земли, как моя Гемма написала, чтобы побыть у него на могиле, посмотреть место гибели...
- Нет, Томи! Она не знает о нашем Маро ни-че-го. Когда я сказал, что мне надо уехать, Йелица отмахнулась от объяснений и надула губы. Ее интересовал лишь единственный вопрос! Деньги или ювелирка?
- Зашибись!
- Её вообще не колышет, кто мои друзья! Живы они или погибли!
- Что, млять, за ...! Не понимаю!
- Я купил ей серьги с бриллиантами, потратив деньги, что откладывал месяцами моим старикам на их золотой юбилей свадьбы. Хотел, чтобы они вместе съездили в настоящее заграничное турне по Европе...
- За...е...бись! - выскочила у меня оценка "семейного счастья" друга. - А на кой ты тогда женился?
- Вроде влюблен был.
- Понятно. Ключевое слово - "вроде"! А она?
- Наверное, нет. Я уверен теперь, что наша свадьба - ее месть бывшему, который прожил с ней два года, а потом бросил, замутив с другой, и женился на ее близкой подружке.
- Очуметь! И ты мне об этом только сейчас говоришь?
- Я признаюсь сейчас не только тебе, но и Мареку.
- Мил, мы сейчас не на могиле... Кончай, а то мне не по себе...
- Кайя, как маори, верит, что дух нашего друга будет сопровождать нас здесь повсюду, помогать и не даст в обиду... Она, прикинь, меня уверяла, что все произошедшее сегодня там на перевале наш Марек устроил! Чтобы мы место падения авто побыстрее нашли, а потом безопасно туда спустились... Божилась своими духами предков и богами ее народа, что ее папа никогда и нигде не тормозит на трассах, если видит автостоперов!
- А тут - на, тебе! Еще и помощь предложил?!
- Да! Кайя сама удивилась! Они ехали после работы и отец до этого всю дорогу гундел, что хорошо бы быстрее домой добраться, похавать горячей похлебки и бухнуться на диван у камина!
- Все чудесатее и чудесатее... - озвучил я выводы Алисы из Страны Чудес. - Мил, сдается мне или я ошибаюсь, имя Кайя как-то часто тобой повторяется?!
Мил пропустил мимо ушей мою подначку.
- Поэтому я и говорю тебе и Мару! Вы мои - лучшие парни на этом свете! С братом по душам у нас нет возможности откровенничать. Он повернут на подводных погружениях, гротах и пещерах. С ним, кроме как о снаряжении для дайвинга и случаях на глубине, поговорить не о чем. Вся его жизнь - экстрим и риск. А мои переживания он называет "розовыми соплями".