- А ты не подумал, что как только приземлишься в Загребе, а потом вернешься домой в Опатию, в квартиру, где тебя ждет Йелица, в вашей спальне вспомнятся твоя любовь к хорватской жене, и ты напрочь забудешь оставленную здесь Кайю- маори и все обещания, что сейчас ей назаливал и продолжаешь пихать в уши?
Мил, присев на край кровати, слушал и улыбался. Не виновато. Очумело.
- Тебя что, приворожили? - предположил я. - Но в эту херню сам не поверю! Ты же адекватный мужик, я тебя с универа, как облупленного, знаю. Мил, мне за тебя страшно сейчас!
- Друг, я так тебе благодарен за это путешествие в Новую Зеландию! Иначе бы я никогда не встретил Кайю. Прикинь! Она мне сегодня комплект боксеров подарила! Типа, нельзя в отпуске зимой без трусов!... Я тебе потом прикольные картинки на них покажу....
- Дурак, ты совсем очумел? Трусы с картинками... Если бы Марек не погиб, то нам не пришлось бы сюда лететь!
- Это да, никто не спорит! Но ты даже не представляешь, что для меня сделал в жизни! Ведь я до этого момента не жил, а так... барахтался, пробуя кому-то угождать, чтобы получить крохи счастья, но не любви! Теперь все будет по-другому!
- Что ты собираешься делать?
- Мы с Кайей подали документы на мою следующую, продленную, визу.
- Когда?
- Сегодня утром! Томи, не перебивай!
- Валяй, пока я не наебнулся об пол от твоих чумовых новостей!
- А ты сиди в кресле, не вставай! Мне надо только рассчитаться на фирме, подать на развод и, самое сложное, объяснить маме и отцу, почему я так поступаю!
- Всего-то делов! Как два пальца об асфальт!
Но Милан меня не слышал, озабоченный предстоящими хлопотами и заморочками дома.
- Жаль, что Боро тоже разводится в этот исторический момент! Не сговариваясь, мы с братом меняем лошадок на переправе! - проговорил Милан и рассмеялся каким-то чужим голосом.
- От твоих смехуёчков меня кондрашка схватит! Друг, я тебя теряю! - загрустил я, кривясь от вдруг заболевшей головы. Но Милан продолжал издавать сумасшедший гогот. - Крыша едет?! Откуда повод шутить и ржать?! Или у тебя это нервное? Я правильно понял, что ты хочешь вернуться сюда жииить? - я сделал акцент на последнем слове.
- Да. Мы с Кайей будем вместе! У нас с ней уже было! И это крышесносные ощущения! Меня теперь к ней так тянет, что ни о чем и ни о ком думать не могу... Веришь, и сейчас возбуждаюсь.
- Верю! Смотри, чтоб яйца не перекоптил! - хохотнул я с собственной шутки, но потом взял себя в руки и вернул лицу серьезную мину. - Мил, попробую спокойно! Ты мне дорог, как брат, как очень близкий и верный дружбан, я очумеваю сейчас из-за тебя! Очнись! Не ты ли на выходе из зоны прилета вспоминал того мужика из Постиры, что в нашей очереди стоял. А?
-Ну, вспоминал. Тогда я немного по-другому все понял.
- Мил, приди в себя! Ведь ты о Родине говорил! Чуть ли не клялся, что никогда нашу Хорватию не бросишь!
- Я останусь хорватом! Гражданство не собираюсь менять. Но жить хочу с любимой женщиной - тут!
- Ты не видел ее семью, не знаешь, чем, как вообще она и ее близкие живут?! Все - маори, как один! С их народными прибамбасами, верованиями и устоями! Помнится, что сам мне бухтел и опасался их, еще летя сюда! Ты только сегодня собираешься в гости к ним домой. А вдруг тебе не понравится? Как ты мог за пару секунд, ладно, часов, понять, что хочешь остаться с Кайей в чужой стране? Да, еще и жениться!
- Томи, это ты у меня спрашиваешь? - неожиданно вспылил Милан, повышая голос. - Пошевели кочергой в своей башке! Или память стерлась?
- Не понял наезда...
- Ты недавно сам хотел прожить всю жизнь со случайно встреченной итальянкой Геммой! Или я не прав?! На кой мне ты, как друг, если я сегодня не получу твои честное мнение и совет, когда мы поедем в гости к родителям Кайи, если не почувствую твое плечо и поддержку? На кой тогда в этом мире нужны друзья?
- Понял. Был не прав. Получишь.
Я опустил руки и заткнулся. Отошел от разочаровавшегося во мне Мила к окну, хотя не вид оттуда меня теперь беспокоил.
Доводы друга вернули меня в воспоминания, в тот день, когда я вез незнакомую мне итальянку на остров Углян к Дражену и к его невесте Верике. Когда я, тормозя в укромных местах, улетал с совершенно незнакомой иностранкой в наслаждении близостью и тут же удивлялся, как все совпало, и она подходит мне во всем, как я ей!...
Я прилег, положив руку на свое правостороннее сердце и закрыл глаза. Только чтобы представить прошлое - картинки нашей встречи. Звездное небо и откровенные признания. Секс в черной воде бухты на погрузившемся в ночь острове Угляне, под всходящей круглой пятнистой луной. Худенькие руки, обвившие мои мокрые плечи, и тихий всхлип: "Войди в мое море любви". Наш разговор "по душам", который навсегда врезался в мою память и отогрел там будто замерзший осколок льда, оставшийся от сиротского детства и трагических потерь близких мне людей... "Одинокий пастух", изливающийся из под клавиш, ласкаемых длинными тонкими пальцами Геммы. Мелодия, вызвавшая мурашки на теле и проникшая в каждую молекулу воздуха вокруг на километры острова, далеко в глубь моря. Туда, где наверное все, от мелюзги креветок до блестящих черных дельфинов, слышали о моем состоянии счастья...