Мы походили с Миланом вокруг, как вдруг заметили на высоте пяти метров от нас застрявший в узком проеме скалы кусок зеркала с черной пластиковой деталью от разбившегося авто.
- Видишь, не все убрали. Маленький след остался! - проговорил друг.
- Мил, ты поболтай с ней, пожалуйста. - попросил я, посмотрев на Кайю. - Без обид! Хочу один побыть здесь пару минут!
- Не вопрос!
Милан направился к смуглой красавице, надевшей капюшон с опушкой и застегивавшей теперь его на кнопки, потому что ветер срывал его с головы. Мил на ходу тоже накинул капюшон своей яркой куртки, подтянув молнию до подбородка.
- Вы смотритесь неплохо вдвоем на фоне серых скучных скал! Как два великанских ярких попугая ара! Зеленый и красный! - окликнул я друга на хорватском, чтобы девушка не поняла моих слов.
Вытащив из верхнего кармана парки маленький черный конверт с надписью: "Взять с собой в Новую Зеландию. Открыть на месте гибели друга Марека!", я встал у высокого валуна, немного защищающего от шквала, и начал читать вслух:
"Любимый Томислав, тогда на острове Углян мы сидели вместе у моря нашей любви под звездным небом, и ты поделился со мной болью. Так искренне и просто раскрыл мне свои душевные терзания, что я почувствовала сама, как тебе тяжело было потерять близкого друга!
"Цель боли в том, чтобы подтолкнуть нас к действиям, а не в том, чтобы заставить нас страдать". - сказал Энтони Джей Роббинс. Некоторые вещи у него поражают меня. Его книги есть в нашей семейной библиотеке. Но это сейчас не важно...
Я уже тогда, заранее задумала сделать так, что бы ты и дух твоего друга, витающий в Южных Альпах, встретились. Пообщались мысленно. Как я общаюсь с моими папой и мамой после их гибели...
Пожалуйста, прошу тебя, прочитай вслух, что я хочу сказать твоему любимому Хорвату:
"Марек, я уверена, что в земной жизни ты принес много радости и счастья своим близким и друзьям. Память о тебе не сотрется, пока они сами живы и преодолевают десятки тысяч километров, сменяя континенты, через океаны, моря и озера, острова и горы, чтобы навестить тебя! Я рада и прыгаю от удовольствия, зная, что приложила к вашей встрече руку! Потому что нет сильнее и непобедимее ничего, чем настоящие любовь и дружба!"
Прочитав, я заметил боковым зрением, что Мил смотрит на меня. Он кивнул мне и снова повернулся к смуглой местной девушке, терпеливо ожидающей нас.
Я продолжил читать письмо Геммы.
"Ты не поверишь, Томи! Мы теперь похожи с Мареком. Но ты не догадаешься - чем? Крыльями!