За границы отеля мы не пошли. Мы пошли в коллектор, ниже уровня минус пятого этажа, туда, где возникает ощущение апокалипсиса над головой, и детского желания переключить действительность на мультики.
«Надеюсь, меня не заставят раскапывать кости», - я уже жалела, что не сделала подобное уточнение. Или исключение по типу, готова искать все, кроме костей.
Проплутав около получаса в плохо освещенных подземельях, меня привели к двери, очень похожей на переборку между отсеками подводной лодки, ну с таким колесиком, которое следует покрутить, и дверь откроется.
«Жаль, что иллюминатора нет, и заглянуть на ту сторону не представляется возможным» - подумала я, пока Хрлыкраш самозабвенно крутил штурвал.
В коридоре за дверью было еще более темно, чем до этого. И коридор представлял проход с каменными стенами. Только отойдя на метров тридцать в сторону тусклого фонаря на потолке этого коридора, во мне зашевелилось атавистическое желание выбраться из этой норы наружу.
Сама не заметила, как практически вжалась в спину мужчины, демонстрируя умение идти след в след.
Учитывая, что меня экипировали в серый комбинезон с капюшоном, вручили каску и саперную лопатку с метелочкой, то, что я крадусь в таком виде за Хрлыкрашем, выглядит по меньшей мере страшно. Одернула себя в уме, для того чтобы любое дело закончилось положительным образом, думать нужно в положительном ключе.
Значит выглядит страшно интересно.
- Пришли, - сообщил мужчина, затормозив на металлической площадке, которой закончился коридор.
Я выглянула из-за его плеча и не обнаружила ничего примечательного. Какой-то механизм застыл перед тупиком. Влево уходил коридор, который этот механизм вырыл, судя по транспортерной ленте с кусками породы, тянувшимися в темноту.
В свете аварийного освещения было понятно, что скорее всего остановка прокладки туннеля связана не с наступлением ночи.
- Хрлыкраш, а нас не арестуют?
Как-то попасть в тюрьму, я никогда не мечтала.
- Строительство остановлено, в связи с обнаружением культурного слоя. Мы можем по раскапывать, пока не прибыли настоящие археологи.
- Тогда давай быстрее рыть!
Мне было показано, как нужно очищать практически черную рук, торчащую из породы.
«Как обычно, чего боялась, на то и подписалась», - буркнула, рассматривая странное состояние мумифицированной руки.
— Это, скорее всего статуя какого-то божества, - успокоил меня специалист широкого профиля, - из дерева.
- Да ну, - я рванула ближе, попытавшись постучать по дереву согнутым пальцем.
- Осторожно, делай все аккуратно, а то лишишь человечество очередного шедевра.
Я не знаю, сколько мы потратили времени, чтобы откопать безголовую статую.
Результат наших трудов выглядел как само произошедший оползень.
Уставшая сидеть на корточках, в скрюченном состоянии, выполняя монотонную работу, ковырнул, отгреб, очистил веничком, я с удовольствием выпрямилась, рассматривая «добычу».
- Что скажешь? Какого бога лишили головы и выбросили в колодец?
Именно об этом сказал Хрлыкраш, пару часов назад.
- Битые горшки, остатки утвари, скорее всего это заброшенный колодец. Когда вода уходила, его засыпали мусором и копали новый в другом месте.
- Ранняя эпоха эллинизма – предположил он.
- Мы что, в Греции? – оживилась я тут же, - я в прошлый раз не посетила Акрополь!
- Какая жалость, - посочувствовал Хрлыкраш, и я поняла, что и в этот я тоже туда не попаду.
Да и правильно в том прикиде, который оказался как нельзя кстати для раскопок, прогуляться на поверхности было бы созданием чрезмерного искушения для стражей правопорядка.
А демонстрировать фокус с новой одеждой Хрлыкраш не собирался.
- Ладно, - готова признать, что эта мечта осуществлена в полном размере. Я даже восхищена тому, что откапывать пришлось не человеческие кости. Нужно быть энтузиастом этого дела, потому что лично мне это надоело бы практически сразу.
- Согласен с тобой, - сладко потянулся, выпрямляясь Хрлыкраш, - скорее всего мы опять пропустили обед.
- Да ладно, можно подумать, что ты не придумаешь что-нибудь для перекуса.
- Может и придумаю, - согласился он и мы поплелись обратно.
- Мне безумно понравилось посещение Национального археологического музея Афин. Само осознание, что вещи, выставленные в нем, видели древних греков, настраивает на философские размышления.
- Что мы оставим после себя?
- Да, и это тоже, но больше о быстротечности бытия.
- Не успел оглянуться, а уже Геродот?
- Спасибо, что сравнил с великим путешественником, - хохотнула я, - можно сказать, что у меня есть пример для подражания. Ведь в конце своей жизни он написал какую-то «Историю».